Кстати, язык я проколола в тот же день, когда и нос. Так уже получилось, что воспользоваться сертификатом Карины я смогла не раньше, чем через четыре месяца, после дня рождения. К тому моменту я уже рассталась с Андреем. А вот в том месте, где прокалывали нос как раз была акция и я ей воспользовалась. В итоге домой я вернулась с проколотым носом и языком.
- Милааа, - проурчал он, и начал осторожно пуговку за пуговкой растягивать мое платье-рубашку. Я же не стала церемониться и сразу приступила к пряжке на джинсах. И чем больше я там возилась, тем сложнее было расстегнуть джинсы, так как Илья возбуждался и ткань в районе паха натягивалась. Хотя может быть было дело в моей неопытности, ведь по сравнению с Ильей, который ловко расстегнул платье и уже касался губами моих сосков, я все еще воевала с его пряжкой и ширинкой.
- Илья… - захныкала я, понимая, что проигрываю бой чертовым джинсам. Илья перестал играться с моей грудью и уверенными движениями расстегнул их, а затем снова вернулся к соскам с еще более диким рвением. Коснулся их языком, провел вокруг по ореоле сначала одного соска, потом другого, чередуя нежное прикосновение, с легкими посасывающими движениями.
- Илья… - простонала его имя, когда он прикусил сосок. - Привстань, не могу вытащить. – Словно на автомате, не совсем соображая, Илья привстал и стянул себя джинсы вместе с боксерами на бедра, освобождая наконец-то член.
Довольная увиденным, я тут же провела по нему рукой. Нет. Он не был таким, каким я его первый раз представляла, да и потом то, что было на фото не совсем отражало его размеры. Он был мясистым и весьма толстым, что слегка диссонировало с худощавой фигурой Ильи. Это некий сюрприз в его штанах. Я даже слегка задумалась, а поместится и получится ли с первого раза. Мою заминку заметил Илья и нахмурился.
- Что, не угодил? – спросил он, внимательно следя за моей реакции. Я провела рукой по его длине, наслаждаясь бархатистостью кожи и вздутыми венками.
- Угодил… просто я… - Я вдруг замялась со словами, не понимая как озвучить свои переживания, как Илья спросил:
- Просто ты… девственница?
От неожиданности вопроса я округлила глаза, а потом рассмеялась.
- Нет. О боже… Ты серьезно?
- Ну мы с тобой данную тему не обсуждали.
«Не обсуждали, он прав.»
- Ты просто второй у меня, а до этого размер был слегка иной и... – я слегка замялась, но решила, что вот сейчас уже нет смысла смущается и продолжила… - А если не вместится?
- Бля, Мила, - шумно выдохнул Илья. Даже руки, что были на моей талии расслабились.
- Ну я реалистка, что поделать, - прикусив губу посмотрела я, но не переставала водить рукой по его возбужденному органу.
«Вверх-вниз. Оторваться просто не реально. Гладкий такой, нежный.»
- Не переживай. Я помогу. - Произнес Илья, хрипя.
- Хорошо. А на такие размеры есть презервативы? – задала я второй интересующий меня вопрос.
«Конечно Мила все самое важное надо обсуждать в процессе, чтобы сбить весь настрой.» -Зло шикал на меня внутренний голос.
- Мила….- рыкнул Илья, словно слышал мой внутренний голос. Затем резко коснулся моего соска, заставляя замолчать.
Открыв подлокотник со стороны коробки передач, он достал презерватив и начал отрывать упаковку. Пару уверенных движений и вот он уже раскатанный по всей длине.
- Так лучше? – спросил он, проникая своими пальцами под трусики
- Угууу. – Промямлила я, чувствуя, как он начал массировать клитор. Я взмокла мгновенно, такие умелые были у него пальцы.
И когда я уже была полностью влажной, я привстала и медленно стала опускаться на возбужденную плоть Ильи.
Мой мир просто раскололся на до и после. Все что я знала о сексе словно ложь. Потому что с Андреем я и четверть не испытывала того, что испытала с Ильей. Его член так плотно меня заполнил, что даже мельчайшее шевеление, заставляло откликаться каждой моей клеточкой. Казалось ему даже двигаться не надо и я просто так сидя на нем кончу.
Если для меня размер и не имел значения, то сейчас мне кажется я поменяю свое мнение. Либо ключик Ильи был просто идеальный для меня.
Илья начал не спеша, позволяя мне привыкнуть к его размерам. Но этого было достаточно, чтобы я уже стала дрожать.