Вернулись в кабинет полицейские минут через десять. Тот, который был в форме, выглядел сильно разозлённым. Он предоставил право объясняться с девушкой второму участнику разговора, полицейскому в штатском. Тем более, именно он её задерживал, то есть всё это и начал.
—Мы просим вас не покидать город пока. И дать нам адреса и телефоны ваших друзей. Мы проверим вашу версию про игру. И, возможно, вызовем вас еще раз для дачи показаний. Пока вы свободны. Приносим свои извинения за причиненные неудобства. Сейчас я принесу ваши личные вещи и провожу вас к выходу.
—Ну нельзя её отпускать! Она нагло врет! — не выдержал второй полицейский. —Потом примемся её искать, когда выяснится, что не было никакой игры. И я уверен, никто в здравом уме не станет давать столь глупые задания, да еще и премировать за это деньгами.
—Успокойся, Палыч, решили же.
Полицейский сказал эти слова и вышел за вещами Луизы. Она облегченно выдохнула. Судя по всему, ее сейчас отпустят. Невероятно, значит, подозрения не подтвердились? Полиция убедилась, что произошла ошибка нелепая? Она продиктовала необходимые данные своих друзей, напомнила, что у нее есть записки, подтверждающие игру. Тем не менее полицейский в форме решил оставить последнее слово за сбой. При этом не сдерживал своего раздражения и грубил.
—Ты сейчас любые бумажки в состоянии придумать. Не думай, дрянь, что все закончилось. Ты будешь под контролем. Твоя выдумка про игру ни в какие ворота не лезет, я в это никогда не поверю. Но начальство вот решило, что мало фактов. И три часа заканчиваются. Запомни мои слова. Я никогда не поверю, что ты получаешь деньги так легко и просто, как сообщила. Ты явно замазана в криминале, и я это докажу, паскуда.
Этот полицейский считает, что на заброшенной стройке и в подвале было все просто? Луизе хватило благоразумия промолчать. И еще она совершенно не хотела говорить про события в подвале. Вдруг она убила нечаянно того бомжа? Исключать этого было нельзя, девушка прекрасно помнила, как от удара ногой в лицо, что-то противно чавкнуло, ломаясь.
Сейчас главным являлось то, что её волшебным образом отпускают. Луиза не надеялась на такой благоприятный исход и готовилась к худшему. Но где—то на небесах её неведомый ангел—хранитель вовремя обратил внимание на неблагоприятный ход событий и всё поменял.
Вернулся полицейский в штатском, выложил из пакета все ее пожитки, включая сорок тысяч рублей, заставил в какой—то бумаге расписаться. Он молчал, видимо извинениями совсем исчерпал свой словарный запас. Луиза забрала сумочку, запихнула свой мобильный в карман и вспомнила, что из—за всех этих событий прогуливает работу. Пока она была на грани, ни о какой работе мысли в голову не приходили.
—Мне надо от вас бумажку, что я три часа провела в полиции. Мне на работе показать, у нас с опозданиями строго.
—Вам хватит повестки? Повестки, что вы вызывались для дачи показаний. С отметкой, когда пришли и когда ушли?
Луиза считала, что Карла Антоновича такая бумажка устроит.
—Годится, только у меня к вам простая личная просьба. Поставьте время ухода на час больше. Я успею тогда еще и пообедать. Ну, если это вам не очень трудно сделать. Вы же так и считаете меня преступницей?
—Ты нас обдурила, обвела вокруг пальца, —не удержался полицейский в форме. – Но мы еще этим делом позанимаемся, так что ты не обольщайся и суши сухари. Никакого снисхождения тебе не будет, так и знай. И твои сказочки про игру с человеком, которого ты не знаешь, но который щедро снабжает тебя деньгами ты оставь для детишек неразумных. Обойдешься без обеда!
Луиза никак не стала все это комментировать. Она уже выходила из кабинета в сопровождении второго полицейского. На телефоне она видела несколько вызовов от друзей и от отца, решив, что прямо за дверями участка сразу всем позвонит. Девушка вышла на улицу и радостно потянулась, глядя на небо. Оказывается, на улице так здорово. Не то что за решеткой или в кабинете, где тебя уговаривают признаться в преступлении.
Отцу звонить надобности не было, он нервно прохаживался совсем рядом. Чуть поодаль торчали Анька и Игорь, примчавшиеся на выручку. Она прижалась к отцу, радуясь, что он сразу приехал, бросив все дела.
—Они к тебе не пропускали. Они сказали, что надо ждать на улице. Тебя ведь совсем отпустили, да?
—Да, папа, все хорошо, мы во всем разобрались. Недоразумение, меня приняли за другую.
Луиза не была уверена, что ее взаимоотношения с полицией окончательно закончены, но говорить об этом не захотела. Пусть ищут, пусть опрашивают всех. Она им не врала.