Луиза стояла на месте и думала о том, что обречена плутать тут, пока не потеряет все силы. Но сделала над собой усилие и пошла дальше. Пятьдесят шагов, очередная остановка. Она теперь даже не найдет места, откуда начала движение, где ей было дано это задание. И главное, игрок не дал ей возможности отказаться от игры. Опять её заставили выполнять действия, угодные незнакомцу.
32
32.
Луиза наивно думала, что всегда будет иметь право просто игру прекратить, просто бросить участвовать. Но оказалось, что и тут она ошибалась. Это была игра не по её правилам. Но самое опасное было в том, что она просто правила не знала. Если правила устанавливает противник, но ты их знаешь, то это еще терпимо. А вот когда ты даже представить себе не можешь, что произойдет, тогда дело гиблое. Жаль, что Луиза поняла это только сейчас, попав в безвыходное положение.
Еще двадцать один шаг, очередной примыкающий сбоку коридорчик, очень узкий. Да и тот, по которому она двигалась, стал значительно уже. Она легко руками доставала до противоположных стен. Меньше двух метров в ширину. Наверное, она могла плечом почти касаться стены, трогая стену противоположную. Луизе казалось, что в самом начале пути проход был пошире. Но и это было на уровне ощущений. В темноте вообще очень проблематично понять и оценить размеры. Одно только ясно, высота была небольшая. Почти везде девушка без труда доставала до потолка.
Правильно ли она идет? Главный вопрос, на который некому было ответить. Луиза подумала, и свернула в более узкий коридор, она почти касалась плечами стен. Через семьдесят восемь шагов путь закончился. Впереди оказалась стена, тупик. Луиза повернулась, возвращаясь в основной коридор. Который мог быть не основным и легко привести девушку в такой же тупик, тол ко чуть позже.
Луиза пошла дальше и неожиданно через восемнадцать шагов звезданулась лбом о камень. Выругавшись со всей энергией, которая в ней пока имелась, она потерла голову, понимая, что будет шишка. Протянула руку и ощупала препятствие. Это была некая ступенька на потолке, пройти можно было только нагнувшись. Луиза так и сделала, продолжая двигаться по коридору. Но вскоре оказалось, что потолок становился все ниже, и вот девушка была вынуждена уже просто ползти по проходу на четвереньках.
Её опять захлестнула волна ужаса. Сейчас она застрянет, непременно застрянет, или потолок обрушится. Луиза резко дернулась назад, пятясь туда, где было более просторно. Развернуться пока возможности не находилось. Она опять была в ужасе, руки-ноги тряслись. И девушка продолжала ползти задом на четвереньках даже тогда, когда появилась возможность встать в полный рост. Руки и коленки кололи мелкие камни, которые она не ощущала, когда просто шла по проходу. Наконец Луиза остановилась, села, прислонившись к стене. Её трясло, она никак не могла успокоиться.
— ПО— МО— ГИ— ТЕЕЕЕЕ!
Она проорала это громко несколько раз, срывая голос. И заплакала, просто зарыдала, теряя остатки надежды, осознавая, что выхода из этих каменоломен ей ни за что не найти. Сегодня был не её день, вернее, ночь, сегодня она была не в состоянии выполнить поставленную перед ней задачу. И главное, её не начали даже пока искать. Родители, наверняка, решили, что дочь заночевала у Игоря. Сам парень уверен, что она дома. На работе никто не озаботится девушку искать, даже если пропустит целый день.
Нет, Луиза не могла, она не хотела искать выход. Все равно не получится. Целых семьсот метров в темноте, как она сможет найти верный путь? Девушка всхлипывала, размазывая слезы грязными руками. Ей было плевать на свой внешний вид. Ей просто очень хотелось оказаться дома. Вернуться назад, в тот день, когда она нашла первый конверт. Взять его в руки и, не открывая, выкинуть в мусор. Но такой возможности у нее никогда не будет.
— ПО— МО— ГИ— ТЕЕЕЕ!
Её протяжный надрывный крик, полный отчаяния, не привлек внимания и остался без ответа. Скорее всего сегодня в каменоломнях бродила только она. Всё, никуда она больше не пойдет. Надо бы вернуться туда, где жгли костер. Но Луиза уже забыла, где это место. Оно было совсем рядом, но девушка не помнила, надо ли по пути туда где— нибудь свернуть. Тишина просто подавляла ее волю. Темнота лишала сил и желания бороться. Бороться можно, если видны хоть какие— то шансы. Тут ничего разглядеть было нельзя. Полная тьма, мёртвая тишина.