Шатров было много. Один огромный в самом центре, другие вокруг помельче. Десятки штандартов с серыми полотнами. Черные флаги реют на куполах. Того и гляди, выйдет капитан в треуголке, выдаст сабли и приказ брать соседний берег на абордаж.
Все в одной черно–серой гамме, если не считать несколько десятков кандидаток в накидках. Они разбились по небольшим группкам, вновь напоминая мне первый день изъятия в Центре.
И среди всего этого, одна вещь выделялась огромным ярким пятном.
– Ты обладаешь магией? – поинтересовалась я у Лилиан, когда та, не скрывая боли, поднялась с земли. Все же на дворе погодка стояла не самая теплая. Несмотря на яркое солнце, ветер с озера задувал нещадно, а земля до сих пор хранила отпечаток ушедшей зимы, не успев как следует прогреться.
Девушка дернула левым плечом с дегконом.
– Будь иначе, я была бы дома и готовилась к свадебной церемонии. Вплетала ленты в косы и рисовала узоры рода своей матери на теле.
Гм. Кажется, с кого–то начало спадать постпортальное смешение.
– До дегкона. – Пояснила я. – В тебе как–то проявлялась магия? Ты умела колдовать?
Татуировка продолжала чесаться, а я гадать – что такое через нее запустили в меня те самые недобоги. Упомянутую эрми Регулятором сущность (суть?) или же какое–то заклинание, что должно было потревожить Малыша и как–то его пробудить. Совпадение ли, что цвет дегкона перекликается с названием моей магии?
– Деве, не вступившей на порог дома своего супруга, не положено без дозволения святого имени омывать руки в росе колдовского естества. – Гордо заявила Лилиан.
Я вскинула брови.
Малыш, а это дословный перевод или мы озвучку поменяли?
Ладно, я тоже говорить умею. Даже чужие слова повторять.
– Теоретически, если бы тебе дали разрешение омыть руки в росе колдовского естества, смогла бы? Как в твоем мире проявляется дар?
– Проверяешь меня? – С подозрением поинтересовалась она. – Чиста ли я в помыслах? – прищурилась. – Или сбить надумала?
Внезапно, в позе спутницы я ощутила присутствие чего–то хищнического. Девушка вмиг перестала казаться той слабой и запуганной кандидаткой, что проливала слезы в кабинете Гроссмейстера. А я так и осталась собой, что заняла тактически не продуманное место на краю берега, что отвесной скалой уходил вниз на острые камни, так кстати опоясывающие кромку озера.
– Я не… – что? – Я не разбираюсь в культурных особенностях и традициях других миров. Своего, кстати, тоже.
Несколько мгновений Лилиан вглядывалась в мое лицо и, видимо, не найдя искомого, заявила:
– Ой, пошли уже. – Дернула она меня за руку. – Ты как будто что–то соображаешь, куда нам первым делом?
– Туда, – указала я на огромный стенд, превышающий мой рост раза в два. Растянутое на нем полотно сначала напомнило закрученную радугу, но потом, приглядевшись, я сообразила, что в центре располагается круг из трех цветов: синего, желтого, красного. Уже от них к краям расползались другие цвета и оттенки. – Единственная яркая выделяющаяся вещь во всем палаточном городке.
– Там мантии, – кивнула Лилиан с опаской на кандидаток.
– И? – Не поняла я.
Девушка понизила голос.
– Ты можешь отрицать это, Дробь, но мы все же соперницы. К равным к себе ты вынужден относиться с уважением, ибо их общество тебя достойно и сразиться с ними в финале честь для твоего рода, но те, чье положение ниже, оскверняют тебя одним лишь присутствием, если занимают с тобой одну клетку, претендуя на условное равенство. От таких стремятся избавиться первым делом.
– Вот эти, что оскверняют – это мы? – уточнила я.
Лилиан ответить не успела. Мы приблизились к стенду, а три пары глаз, принадлежащих желтым накидкам, сумели одним брошенным взглядом подтвердить, что да, это мы.
Стараясь не обращать внимание на присутствие «правильных» кандидаток, я принялась изучать полотно. Что сделать было не так просто, поскольку я кожей чувствовала прожигающие взгляды, отмечающие во мне каждый изъян, каждую морщинку, складку и неровность. И если за состояние встрепанных волос, рассыпающихся жемчужным блондом я была спокойна, то прочие части тела до модельных стандартов не дотягивали. А еще как–то некстати вспомнилось, что коленки оголены, поскольку после прогулки по мосту я не успела привести платье в порядок. Отвлеклась. Забыла.