— Ну, — задумался отец, — если все нормально пройдет, меня, поди, отпустят с сыном повидаться.
— Мы же пить не будем, ну почти, — щелкнул по вытащенной из пакета бутылке.
— Пожалуй, все получится, — улыбнулся отец. — К тому же, ты ведь можешь и с друзьями отпраздновать, квартира-то свободная, а вдвоем и позже посидим, — совсем повеселел он.
— Можно и так, — кивнул и улыбнулся, поддерживая вполне здравую мысль.
— Кстати, — протянул отце, — ты помнишь Яну?
— Мелкая, с кудряшкам, огромными глазищами и больно дерется книжками? Помню.
— Ха-ха-ха, ну да, именно такой она и была десять лет назад. Ты ей еще цветы с клумбы подарил, за что и получил учебником.
— Угу, было дело, — смутился, и потер лоб. — А ты это к чему?
— Да я Мариша пригласил, а он спросил, не буду ли против, чтобы он дочку захватил. У нее там на личном фронте что-то, вроде с парнем рассталась, — отец пожал плечами, — но сам понимаешь, особо не вникал. Да и тебе с ней веселей. Сходите в парк прогуляетесь или кино с погружением посмотрите, не все же с нами стариками сидеть. Тем более, с этой работой, ты что-то совсем запеченным алраканом стал. Скоро усы вырастут и брюхо появится.
— До брюха мне еще далеко, — похлопал по прессу, — но воздухом подышать и сам думал.
— Вот-вот, посидите с нами часок-другой, а как у нас скучные разговоры пойдут, так и слиняете, — батя подмигнул, и скомкал пакеты, как-то незаметно освобожденные от продуктов за время разговора.
— Ты прямо сваха, — рассмеялся, вытаскивая из навесного шкафчика пару рационов.
— Не, с этим ты сам, я так, — он махнул рукой, и выдернул кольцо, запуская процесс саморазогрева.
— Приятного аппетита, бать.
— И тебе, сын.
За ужином рассказал отцу о своих успехах в работе, после чего мы немного поспорили на тему размещения гостей и все же заранее подготовили место. Перенесли и составили столы, сложили диван и разобрали мою кровать. Фактически, мне на завтра оставалось лишь капсулу обиходить и организовать расстановку блюд. В общем, сущая ерунда.
«Может завтра цветов нарвать? С клумбы», — подумал, закрывая глаза и засыпая.
Олаф Огнебородый
— Ну что? Упустили?
— Ушел, гад. Сделал деревянного голема и где-то затихарился. Еще и следы запутал, Додик его в районе трущоб потерял.
— Понятно. Чувствовал ведь, что сразу надо было дожимать. Тогда бы не пришлось ловить. Ладно, сейчас так. Половина дружины отдыхает, — Олаф указал на вывеску, на которой какой-то умелец намалевал образину бандитской наружности, улыбающуюся щербатым ртом, держащую в руке кружку с пенной шапкой, да еще и взирающую на все подбитым глазом. Фингал художнику удался особенно натурально. Вероятно, писал с натуры. — Остальные занимают места по крышам. Следим за улицами. Из трущоб он уйти не мог.
— Есть, конунг, — дружно бухнули кулаками воины клана «Драккар».
— Ничего, мы его дожмем, он уже выдохся, — потер пробитый наплечник Хорр.
— Додик его найдет, — кивнул Бухугар.
Архимагистр Зиален
«Обложили», — констатировал Зиален, затихарившийся на чердаке кабака с простым, но показательным названием «Фин Гал». Посмотрев на розовеющее небо, он принял решение ждать темноты и прорываться из города. Снова.
«Днем точно не уйду», — зевнул Зиален, устраиваясь в пыли и подгребая под голову остатки древесного доспеха. Тот пованивал палёным, но Зиален слишком устал и вымотался, чтобы обращать внимание на такие мелочи.
Мартин Юс
Утром, позавтракав так, словно в последний раз, быстро создал записывающий амулет в виде броши и прицепил его на жилетку. Проверил работу, вздохнул, упаковал пять сотен золотых такелей в волшебный кошель и отправился совершать преступление, именуемое дачей взятки должностному лицу при исполнении служебных обязанностей. Хог на завтраке отсутствовал, но встретил меня на улице.
— Все сделал, хозяин, — показал он запечатанное и заверенное письмо.
— Хорошо, — кивнул, поправляя записывающий амулет.
— Может быть мне лучше все же с тобой, Йо?
— Нет, Хог, если мы хотим вывести Чавура на чистую воду, мне лучше говорить с ним один на один.
— Ну да, — вздохнул Хог.
— Все, не будем тратить время, если что, отнеси письмо господину Рамсону. Передай лично в руки.
— Конечно, хозяин, — поклонился Хог, отступая в сторону.