Так и с Собчаком. Один из них проникновенно воскликнул: «Это был настоящий демократ!». Да, настоящий демагог, истинный лжец, подлинный карьерист, беспримесный прохиндей… Ну, он был его правой рукой, но второй-то зачем связывает себя с этим «настоящим»? Без нужды сам лезет в клоаку… По мистическому стечению обстоятельств как раз в День Собчака, когда звучали красивые кладбищенские речи отцов отечества, вышел номер «Завтра» с воспоминаниями генерала армии И. Родионова о событиях 9 апреля 1989 года в Тбилиси. Как известно, Собчак был председателем парламентской комиссии по расследованию этих событий. Генерал пишет о Собчаке, как о «ловком и беззастенчивом» человеке, который всё своё немалое профессорское умение употребил «на сокрытие истины», сделал «всё возможное, чтобы, фальсифицируя и затуманивая узловые моменты событий, увести ответственность от политического руководства страны, переложив её полностью на армию». Да, он сделал всё, чтобы извратить смысл драматических событий, оклеветать армию, раздуть в стране русофобию. С его предательства и началось. «И всё было сделано так, чтобы на весь мир прозвучала ложь Собчака и „своя правда“ тех, кто нанял его для этого».
Несусветная политическая глупость — вызывать ныне тень прохвоста Собчака. В доме повешенного не говорят о верёвке. Все же ещё помнят, что своим мэрским правлением в Ленинграде он и его «дама в тюрбане» вызвали отвращение горожан, и при первой же возможности, хотя его избирательный штаб возглавлял один чекист с пылающим сердцем, прохладной головой и хорошо вымытыми руками, профессора с треском провалили на выборах. А после этого им заинтересовалась прокуратура. В День Собчака телевизионные сявки верещали: «Надуманные обвинения…». Какие обвинения? До них дело и не дошло. Его вызывали в прокуратуру всего лишь для беседы. Но они с Чекистом уже и этого до смерти перепугались.
Прислала ему прокуратура одну повестку, другую, пятую, десятую, а он и не думает идти. Чего бояться, если ты честный человек и за тобой — никаких грехов? Своей неявкой он сам доказал, что его демократическое рыло в непролазном преступном пушку.
После тринадцатой повестки прокуратура, наконец, решилась прибегнуть в принудительному приводу, на который имела права уже давно. Но тут, естественно, у профессора — сердечный приступ. Ах, ах… Что делать? В сей критический час его верный друг Чекист с вымытыми руками проявил гораздо большую ловкость и расторопность, чем позже — при гибели крейсера «Курска». Где-то раздобыл ту самую рустовскую «Сессну» и на ней только ему известным тайным путём отправил друга в Париж, то есть совершил прямое укрывательство человека, плюющего на законность.
Сейчас мы слышим: «Обвинения были надуманные и Собчак вскоре вернулся в Россию…». Повторяю: до обвинений в суде дело не дошло — Чекист не допустил. Но в печати их было много: «Собчак — зеркало коррупции», «Читинский петербуржец лжет» и т. д. А вернулся он только потому, что Чекиста сделали главой ФСБ, и он получил огромные возможности и для того, чтобы заставить замолчать прокуратуру, и чтобы вернуть дружка на истосковавшуюся по нему родину.
Но и вся громкая возня с Собчаком не смогла заглушить всенародный стон по поводу спортивной Цусимы.
«Завтра», № 10’10
ВАНЯ ДЫЛДИН ИЗ СОВЕТА ФЕДЕРАЦИИ
С. Миронов
В прошлогодней телевизионной затее «Имя России», самой крупной антисоветской акции последнего времени, чрезвычайно своеобразным мыслителем показал себя всем известный Сергей Миронов, председатель Совета Федерации. В частности, он блеснул широтой и гибкостью ума в создании многостороннего образа П. Столыпина, в философско-историческом осмыслении его. В результате долгих и упорных изысканий уму удалось установить множество фактов, когда жизнь Петра Аркадьевича так или иначе пересекалась с жизнью других героев телеигры. Очень интересно! Один замысел чего стоит.