Мир, только что угодливо заглядывавший в дуло моей дорогой девочки, вдруг поднялся передо мною на дыбы во весь свой гигантский рост, и мне сразу стало тошно и одиноко. Я почувствовал неотвратимую близость момента, которого всегда так ждал, обычно, правда, находясь, по другую сторону аквариумного стекла: меня неодолимо тянуло прилечь на диван и рассказать доброму доктору обо всех вехах моего долгого пути к окончательному и непоправимому безумию – включая, разумеется, и пароли от всех биткоин-кошельков со всеми моими воображаемыми деньгами.
Как знать? Может я бы так и сделал, но мой изменник-ум захотел отколоть свою самую последнюю шутку. Я услышал, как наверху кто-то завозился, заскрежетал по камню мощными когтями – и старый дом содрогнулся от протяжного воя, доносившегося из глотки зверя, наверное, раза в три крупнее «довольно крупной собаки»!
Ушлый доктор, разумеется, и ухом не повел, а вот в лице священника произошла какая-то неуловимая перемена, подтверждавшая, что малыш Симба подрос, и ему стало тесновато в моей голове. Я тоже постарался не показать виду, но многоопытный врачеватель душ понял, что разоблачен. Наши скучающие взгляды как бы случайно скользнули в направлении камина, что находился шагах в десяти от нас. Там на подставке стояла небольшая кованая кочерга.
Еще секунду, и его неповоротливое с виду тело распрямилось, точно катапультой выброшенное из глубокого кресла. Неожиданная прыть пожилого и весьма упитанного священнослужителя не лезла уже ни в какие ворота, но долго любоваться крупом заведомого аутсайдера в гонке, где ставки на меня принимались из расчёта двадцать к одному, я не собирался. Мы пришли к финишу почти одновременно, однако я оказался чуть проворнее и успел завладеть кочергой первым.
Мой противник не сдался, обнаружив выучку и самообладание бывшего морпеха. Не пригнись я, и дурацкий пиетет, который я невольно продолжал испытывать к его сутане, стоил бы мне жизни. Тяжелый кулак священника просвистел всего в полудюйме над моей макушкой. Подавшись влево, я ударил его в колено подъемом стопы и, когда его ноги подкосились, запрыгнул к нему на спину, завел кочергу за горло и уперся коленом между лопатками.
– А теперь я жду настоящей правды, – еле преодолевая клокотавшую во мне злобу, выдавил я, обращаясь к оставшемуся сидеть поверенному. – И поторопись – на счет «три» я сломаю твоему фиктивному митрополиту шею. Раз…
Неслышно открылась дверь, и в комнату вошла Лидия. Внимательно посмотрев на нас своими миндалевидными темными глазами, в которых скакали маленькие юркие чертенята, она сложила губы дудочкой и произнесла нараспев:
– У-у-у, так вот, оказывается, чем вы тут заняты, милые мои, пока у меня все остывает? А может, мы не будем никому ничего ломать, и пойдемте поужинаем?
Глава 38
В которой мы узнаем, чего не сумел утаить в мешке старик Джеремайя
Удивительно, как быстро наш ум может принять то, с чем ни за что бы не смирился еще утром! Мы сидели за длинным обеденным столом, уставленным превосходно приготовленной едой, а за моей спиной пылал разожженный камин. Обстановка столовой – или библиотеки, которую использовали как столовую, где среди многого прочего особо выделялись высоченные книжные шкафы, набитые старинными инкунабулами, гобелены на стенах с изображением рыцарских побоищ и массивная старинная мебель, пережившая, наверное, войну Алых и Белых Роз, говорила о том, что хозяевам пришлось как следует попотеть, чтобы выскрести все это из скудных гумен пост-колумбовой Америки.
И тем не менее я, точно зная, что здесь совсем еще недавно не было ровным счетом ничего, кроме десятка церковных скамей да алтаря с органом, уже считал все это самим собою разумеющимся! Не изменились только две детали – застекленная галерея с видом на внутренний двор и деревянная лестница, ведущая наверх, в комнаты.
«Ну подумаешь, за какой-то час превратили церковь в средневековый замок, – думал я. – Даже парням из Гамбино было проще руку мне отпилить, чем отобрать у меня мою пушку, а эти ребята сделали все так, что я ничего и не заметил!
Стоило мне их похвалить, как они допустили первый серьезный промах. Каждому из нас Лидия указала место с одной из четырех сторон стола – меня она усадила с торца, у камина – и положила в наши тарелки понемногу из каждого блюда. Если бы Фло забылась настолько, что как-нибудь случайно открыла бы мне пачку чипсов, я, не задумываясь, запер бы дверь изнутри и поджег бы квартиру, решив, что телом моей жены завладели коварные инопланетные паразиты, которые собираются захватить Америку и назначить ее президентом дряхлого коррупционера-маразматика.