Но требовалось проделать еще массу кропотливой работы, чтобы окончательно соединить разрозненные кусочки головоломки. Предстояло ответить на несколько очень непростых вопросов. Первый, и как не странно, самый легкий, касался самого проклятия, или, как мы привыкли называть его в нашей семье, Правила Лисы.
Так вот: когда я впервые услышал о Правиле, то сначала, так же, как и тебе, мне оно показалось абсурдным. «Если каждый двойник выдумывает новый мир заново, – рассуждал я, – что мешало любому их них выдумать и семью Стоунов, и историю про реку, заключенную под землю, и самих Лис вместе с их правилами? Не значит ли это, что Правило само же себя и опровергает?
– Курица и яйцо?
– Курица и яйцо. Наши сомнения быстро развеяла Опаловая Лиса, ваша с Джо «тетя»: «Хотя суть Правила предельно абстрактна, – говорила она, – и выходит далеко за грань ваших ничтожных представлений о причинности, все же попробуйте уяснить, что на этом уровне выстраивания сюжета привычная вам последовательность причин и следствий легко может быть нарушена без какого бы то ни было ущерба для результата.
Диего, выдуманный рожденным в семье Стоунов Джо, придумает затем всё и всех, включая семью Стоунов и самого Джо – и в этом нет никакого противоречия. Вам также придется смириться и с тем, что Правило существовало задолго до возникновения любых историй, с ним связанных. Оно просто есть, и заново формулирует само себя устами очередного двойника, используя для этого тот сюжет, который будут способны понять существа, населяющие выдуманный им мир».
На мой личный взгляд уже одно то, что мы с твоим наставником сразу сумели понять это объяснение и без колебаний согласились с ним, свидетельствует о его истинности. Однако именно эта легкость в итоге и сыграла против нас, когда вас вдруг стало двое!
Начать с того, что произошло сразу два серьезных нарушения Правила, вне зависимости от того, кого следовало считать его непосредственным автором: во-первых, все должно было начаться с появления в доме новой Лисы, а ее никто из нас тогда в глаза не видел; во-вторых, однажды пятнадцать лет назад ты просто возник прямо в той же комнате, где жил Джо – причем одет ты был в точности также, как он. Придерживаясь твоего инсектопоклоннического тренда, я бы сказал, что вы были неотличимы, как две хорошенькие сероглазые гусенички!
Мы сразу же кинулись к Опаловой Лисе несмотря на то, что прежде она никогда и ни в чем нам особенно не помогала. «Вы должны разобраться сами, иначе зачем все это?» – ответила она и на этот раз, хотя обстоятельства представлялись нам исключительными – мы уже никак не успевали подготовить Джо.
Нам осталось только дожидаться, когда истекут последние отпущенные нам и нашему миру сорок восемь часов. Помнится, в тот день я заперся в своей церкви и впервые по-настоящему распробовал красное вино для причастия, многолетние запасы которого очень быстро… Впрочем, это к делу также не относится.
Когда время вышло, но ни я, ни поверенный, ни наследник не исчезли, мы согласились, что твое внезапное появление могло быть связано с присутствием в доме Опаловой Лисы. Также мы не знали наверняка, изменился ли мир, поэтому стали думать о подготовке наследника к объединению с двойником, приняв за рабочий вариант, что Правило сработало лишь частично из-за того, что новая Лиса так и не объявилась. В тех обстоятельствах это было лучшее, что мы могли и что мы должны были сделать.
Но тут возникла еще одна сложность. Нам так и не удалось выяснить, кто из вас есть кто! И ты, и он каким -то образом знали о Правиле, но упорно требовали называть себя Диего, именем придуманного Джо персонажа — капитана пиратской шхуны, которую он получил от нас в подарок в глубоком детстве. Никто из вас не хотел признаваться, что Джо – это он. «Потому что Джо – имя труса!» – твердили вы в один голос, и переубедить вас было невозможно.
Тогда-то мы и решили сначала вас окончательно разделить, а уже потом заняться выяснениями. Поверенный, который когда-то много путешествовал, спасаясь от своих друзей из прежней жизни, уехал, прихватив тебя с собой, а я остался здесь и взял на себя заботу о втором мальчике.
Спустя полгода молчания от моего товарища наконец начали приходить письма. Хотя он и признавал, что твоя амнезия, очевидно, не была притворной, он все же был твердо уверен, что именно ты и есть Джо, его сын. Поверенный считал, что для создания нового мира требуется недюжинное воображение, которое, по его словам, у тебя напрочь отсутствовало. В это же самое время я, внимательно наблюдая за оставшимся на мое попечение мальчишкой, точно так же уверился, что настоящий Джо – это он. Ну да, в отличие от тебя второй кандидат на роль Создателя был в избытке наделен замечательно богатой фантазией, зато он-то как раз многое помнил из своей прежней жизни, а главное – почти сразу после вашего отъезда он сам вдруг легко согласился с тем, чтобы мы называли его именем Джо!