Жан ничего не сказал. Она попыталась синхронизировать свое дыхание с его, но он был слишком спокоен, а она слишком расстроена. Мы правы в том, что делаем, сказала она себе. И однажды, спустя много времени после того, как мы и тысячи таких, как мы, отдали свои жизни за борьбу, мы победим. Мы победим.
«Той ночью по телевидению показали репортаж CNN о «перестрелке» возле Даранджа. По словам репортера, элементы, верные «Аль-Каиде», пытались сбить американский транспортный самолет ракетой класса «земля-воздух». Попытка не удалась, и террористы вступили в бой, и несколько человек из их числа были убиты. Двадцать четыре часа спустя «Аль-Джазира» опубликовала контррепортаж, в котором Халид был допрошен в качестве очевидца. По их словам, американский самолет, по-видимому, нанес неспровоцированный удар по вечеринке по случаю помолвки в афганской деревне, в ходе которой четырнадцать афганских мирных жителей были убиты и восемь тяжело ранены. Среди погибших шесть женщин и трое детей. Никто из причастных не имел никакого отношения к какой-либо террористической организации.
«После отказа комментировать инцидент в течение почти недели представитель ВВС США признал, что это произошло более или менее так, как сообщала Аль-Джазира, и назвал гибель людей «трагическими». По его словам, в качестве смягчения последствий экипаж утверждал, что они попали под непрерывный огонь из стрелкового оружия, а пилот заявил, что по ним была выпущена ракета класса «земля-воздух». Были опубликованы фотографии командира подразделения полковника Грили, указывающие на то, что, как он утверждал, было пулевое повреждение фюзеляжа боевого корабля-транспортера AC-130. В ходе последующего военного расследования, которое полностью реабилитировало экипаж боевого корабля, было сообщено, что в районе лагеря были обнаружены два автомата АК-47, а также несколько стреляных гильз калибра 7,62».
— Вы давали показания на следствии?
«Что могло быть целью этого, кроме как привлечь внимание к себе? Как и все остальные, я знал, каким будет ее вывод. Нет, как только мои раны зажили, я вернулся в Мардан».
"Это было два года назад?"
«Это было почти ровно два года назад. Теперь внутри себя я был мертвецом. Оставалась только необходимость мести. Вопрос иззат - чести. В медресе сочувствовали, более чем сочувствовали. Они отправили меня на несколько месяцев в один из лагерей на северо-западной границе, а затем отправили обратно через границу в Афганистан. Я устроился работать на стоянку грузовиков, которая служила прикрытием для одной из джихадистских организаций, и там, несколько месяцев спустя, меня познакомили с человеком по имени аль-Сафа».
— Давуд аль-Сафа?
"То же. Аль Сафа заинтересовался моей историей. Некоторое время он подумывал отомстить виновным в резне в Дарандже. Не общая акция, а конкретная, целенаправленная расправа. Как они пришли в нашу страну бомбить, жечь и убивать, так и мы будем делать то же самое. У американцев и их союзников не осталось бы никаких сомнений ни в дальности нашей досягаемости, ни в неумолимости нашей цели. По его словам, Аль-Сафа только что посетил лагерь в Тахт-и-Сулеймане, где судьба подарила ему бесценную жемчужину. Храбрый боец, молодая англичанка, которая осмелилась взять имя Асимат — невесты Салах-уд-дина — и меч джихада. Англичанка, притом с узкоспециальными знаниями. Знания, которые позволили бы нам отомстить за такую изысканную уместность…»
«Я ничего об этом не знала, — сказала она. — Почему мне не сказали?
«Для вашей собственной безопасности и безопасности нашей миссии».
— Теперь я все знаю?
"Еще нет. Когда придет время, поверь мне, ты все узнаешь.
— Это завтра, не так ли?
— Поверь мне, Асимат.
Она смотрела в темноту. В этот момент капающая от дождя камера под мостом была всем миром. Если это должна была быть ее последняя ночь на земле, то так тому и быть. Она протянула руку и нашла шероховатость его щеки. — Я не Фарзана, — тихо сказала она, — но я твоя.
Тишина, а из окружавшей их тишины доносился протяжный вздох болотного ветра.
— Тогда иди сюда, — сказал он.
53
Что ж, по крайней мере, теперь мы точно знаем, что это за цель, — сказал Джим Данстан. За его спиной раздался гидравлический гул, за которым последовала приглушенная дрожь, когда главный вход в ангар закрылся.
«Боюсь, никогда не было особых сомнений в том, что это будет одна из тех баз ВВС США», — сказал Бруно Маккей, разворачивая батончик «Марс» армейской авиации. Все телефоны в доме на этот раз замолчали.
— Значит, точно известно, что АС-130, участвовавший в инциденте в Дарандже, был одним из тех, что базировались в Марвелле? — спросил Уиттен.
— Согласно отчету, никаких сомнений, — сказала Лиз.
— Каково происхождение отчета? спросил Маккей, немного раздраженно. — Ты можешь нам это сказать?
«Все в нем, кроме участия Фараджа Мансура, является общественным достоянием», — уклончиво сказала Лиз. «В то время эта история ускользнула от внимания радаров — Ассамблея Северной Ирландии только что была приостановлена, а Саддам Хусейн только что представил свою декларацию об оружии, — но арабоязычная пресса широко освещала эту тему». Она повернулась к Маккею. — Я удивлен, что отчеты не попали на ваш стол.
— Да, — сказал Маккей. «И насколько я помню, сжигатели «Исламабадских звезд и полос» изрядно накрутили этот инцидент. Мне просто было любопытно, что касается ссылки на Мансура. Это не упоминается ни в одном файле, который мы когда-либо получали от представителя Пакистана или кого-либо из наших людей на местах».
— Я уверена, что источник надежен, — сказала Лиз, понимая, что Дон Уиттен с нескрываемым удовольствием наблюдает за конфузом Маккея.
— А завтра годовщина, — сказал Джим Данстан. «Мы думаем, что они попытаются придерживаться этого?»