До нашего подъезда оставалось совсем чуть-чуть, подходя ближе увидела Ромин Гелик. Он как раз только припарковался и вышел из машины. Я хотела окликнуть его, но он подошёл и открыл дверь сзади. Подал руку и помог выйти из машины какой-то девушке. Приобняв ее за талию, они направились к подъезду. Я шла следом, ничего не понимая. Сначала подумала, что это Ася - девушка была чем-то на нее похожа. Но, нет, это не она. Возле подъезда остановилась, перевела дыхание и трясущимися руками открыла тяжёлую дверь. Они стояли у лифта, когда я зашла и оба, как по команде, повернули голову в мою сторону.
И тогда я узнала в этой девушке Валерию Вяземскую - бывшую, а по всей видимости уже нет, Ромину невесту. С интернетом я дружу, вот и посмотрела.
Они с Ромой почти одного роста. У нее русые, волнистые волосы до плеч и ясный взгляд голубых глаз. А невеста моего парня очень красивая...
Невеста моего парня, блять! Звучит очень интересно.
Я зашла и замерла, во все глаза глядя на него. А Рома посмотрел будто сквозь меня и отвернулся. Его пустой взгляд похоже навсегда отпечатался в моей памяти.
Отвернулся…
Он отвернулся от меня. На его каменном лице не отобразилось ни одной эмоций.
Зато во мне все кипело. Я готова была наброситься на него, молотить кулаками, куда только достану и кричать, чтобы так не поступал со мной. Чтобы объяснил.
Наконец, приехал лифт и они направились к нему.
- Девушка, вы едете? – с милой улыбкой обратилась ко мне Лера.
- Н-нет, я на следующем.
Не хочу, чтобы она знала, что я из соседней квартиры. Двери лифта закрылись, а я чуть не осела на холодный кафельный пол, когда они уехали.
Что происходит?
На ватных ногах поднимаюсь в квартиру. Голова идет кругом. Я не знаю, что делать. Как поговорить с ним? Да и надо ли?
Но Рома так и не выходит на связь и на следующий день. Я тоже не решаюсь написать даже смс. В офис я не поехала, а пробыла целый день у Юли, прорыдав на ее плече целый день. Она все намеревалась позвонить Роме и все выяснить, но я ее останавливала. К вечеру, когда я все же возвращаюсь домой, то обнаруживаю в почтовом ящике письмо. И оно от Ромы...
Рома.
Я не мог находиться в квартире. Меня в буквальном смысле душили стены. И я физически ощущал ее боль.
Моя девочка. Моя маленькая девочка.
Я чувствую, что в соседней квартире она сидит на своем любимом месте на балконе и рыдает. Я чувствую каждую ее слезинку. Каждый ее судорожный вздох. Я знаю, что сейчас она раз за разом перечитывает мое письмо...
Лера подсела ко мне на диван, сидя на котором я допивал уже который бокал виски.
- Ром, зачем ты так с ней? Я видела ее потухший взгляд… может, нужно было поговорить и объяснить ей всё?
- Нет, нельзя иначе, потому что по-другому я от нее просто не откажусь.
- Ромочка, прости меня, прости, что я тебя в это втянула.
- Лер, давай не будем об этом. Мы всё обсудили. Я сам так решил. Давай уедем прямо сейчас? Не могу здесь больше.
- Хорошо, давай уедем.
Собираю свои немногочисленные пожитки и с тяжёлым сердцем выхожу из квартиры. Внутри все замерло при виде соседней двери. Вот и всё. Я сам поставил точку. Я сам разрушил свою жизнь. И смысл этой жизни. Я оставил свою любовь.
Двумя днями ранее.
Приехав на годовщину родителей, я собирался всем все рассказать и, как бы не хотелось портить праздник - придется это сделать. Я хочу все разъяснить и быть наконец свободным для отношений со своей любимой. Но сначала нужно поговорить с Лерой. Она тоже прилетела и я, подойдя к ее комнате, мягко стучу в дверь:
- Лер, ты свободна? Можем поговорить? - я волнуюсь, мне тоже это дается не легко, потому что... это, все-таки родной для меня человек.
- Да, Ром, проходи, пожалуйста.
Лера сидит на кровати, я размещаюсь напротив в кресле:
- Лер, послушай. Даже не знаю, с чего начать.... понимаешь, моя жизнь в последнее время сильно изменилась и я...
Но Лера меня перебивает:
- Рома, я беременна…
- Ч-что?
- От другого мужчины.
- Чего-о-о?
Шок. Я даже не могу сказать ничего. А Лера продолжает:
- Так вышло, что не только у тебя жизнь изменилась... несколько месяцев назад я встретила Марка. Я влюбилась, Ром, понимаешь? Хотя, думаю, понимаешь. Ты же и сам ... Я не знаю, что мне делать! Я боюсь! Боюсь за ребёнка, боюсь за Марка. Отец ведь его убьёт. Ты же знаешь, какой он. А если не убьет, то никогда не примет и жизни нам в любом случае не будет. Я в отчаянии - Лера смотрит на меня глазами, полными слез, и я вижу в них маленькую, испуганную девочку. И я наконец беру себя в руки: