— Тебе конечно.
— Так давай, посмотрю! — Снова тянется за тортом.
— Сейчас погоди, — быстро прохожу на кухню и ставлю торт на стол. Достаю телефон и включаю камеру.
Ну что поделать, если в наших отношениях всегда есть кто-то ещё. То и о беременности буду сообщать не наедине. Будет наша семейная изюминка.
— Маш, снимай нас ладно?
Та ошарашенно стоит, не догоняет, что я тут устроила, но делает, как я велю. Даже чуть сдвигается нас, чтобы свет не отсвечивал. Стоим напротив друг друга и как идиоты улыбаемся. Не, ну я то понятно почему.
— Уфффф Ром…в общем …блин. — Мда в голове я так не мямлила, а мило признавалась ему в будущем отцовстве.
— Ты чего волнуешься? Это же я, ну, говори давай. Или хочешь, давай Машку выгоним. Ты же наедине хотела, да? Маш давай вали! — тут же говорит он. А я смеюсь. Такие они простые, вроде слова обидные, а эти двое знают, что это не со зла.
— Нееет. Пусть Маша снимает. Я люблю тебя! — Говорю мягко и смотрю в его глаза, — и спасибо тебе! — Двигаю к нему торт.
— За что? — недоумевает он.
— За тебя, твою любовь, и за него... — опускаю взгляд на свой живот, — или её.
Ромка хмурится, не понимает, естественно, на что я намекаю.
— А теперь открывай.
Двигаю к нему торт и призывно показываю глазами.
Смотрю на него, стараюсь не упустить ни одной детали. Вот он открывает крышку, поднимает её. Вот его глаза по началу ничего не выражают, а потом…загораются. Загораются так, что кажется, сейчас спалят все вокруг своими искрами счастья.
— Малыш, это правда?
Киваю в ответ, пальцами смахивая набежавшие слёзы.
— Вот это я сорвал Джек пот! Люблю тебя! Очень сильно люблю тебя Кира!
Ромка опускается на колени и принимается головой к моему животу. Целует через футболку, а потом приподнимается и целует ещё раз чуть ниже пупка. Я руками зарываюсь в его волосы. Меня распирает от счастья! Вот оно, то самое!
— Так это я что тётей стану?
Резко поворачиваюсь, вспоминаю, что это всё, снимает до сих пор Маша. Киваю ей и показываю пальцами знак, мол всё. Спасибо!
Пока эти двое наперекор обсуждают будущее и пересматривают видео, ставлю чайник. Это всё хорошо, но тортик сам себя не съест.
— Только можно, я торт сама съем, он такой вкусный на вид, — прерываю их, а то эти двое уже спорят, кем будет будущий мини Ларин или Ларина. Ромка, посмеиваясь, обнимает меня и говорит:
— Тебе можно всё!
ГЛАВА 42
Захожу в спальню в одном полотенце. Рома лежит на кровати, смотрит в телефон. Но видя меня, тут же откладывает его на тумбу. Выключаю верхний свет, оставляю только подсветку, иду к нему. Скидываю мокрое полотенце на пол и эффектно выгибаюсь. От того как он на меня смотрит, внизу живота разжигается пожар.
— Иди скорей ко мне, — хлопает руками по разным сторонам от своих бёдер.
Залажу на него верхом, тут же чувствую, как начинает твердеть у него в трусах. Обнимает меня руками, отводит мои волосы в сторону, освобождая путь своим губам. Целует в шею, мокро и влажно. Ведёт языком по ключицам. Особый флёр обстановки это наше молчание. Сейчас разговаривают только наши тела.
Я выгибаюсь на нём, подставляю своё тело под его губы. Обожаю, как он начинает любить меня. Руками сжимает мою отяжелевшую грудь, соединяет её руками. Берёт в рот сначала один сосок. Влажно его облизывает и втягивает в рот. Посасывает его, запуская импульсы у меня внутри, прикусывает и тут же зализывает. Проделывает всё то же самое со вторым.
От удовольствия не сдерживаю стоны и начинаю усердно елозить по эрекции. Хочу его, боже я так его хочу. Всегда. Постоянно.
Откидывает моё тело назад, между своих ног. Резко перемещается и оказывается сверху. Продолжая целовать, постепенно опускается вниз. Целует живот, пупок. Пропускает то, где я его больше всего жду, ведёт губами по бёдрам. Облизывает внутреннюю сторону, уходит вниз к коленкам.
Господи, я не знала, что у меня эрогенная зона — это под коленками. У меня пальчики сводит от удовольствия. Я доверяю и полностью открыта перед ним.
— Роооом…-не выдерживаю и прошу.
Вздрагиваю, потому что он делает то, чего я так сильно хочу. Облизывает мои губки с каким-то особым наслаждением. Раскрывает и помогает себе рукой, вылизывая всю меня от клитора до самой попки. Оххх, от развратных чувств меня просто скручивает. Это и обжигающе возбуждает и одновременно стыдит.
— Тшшш, не зажимайся. Ммм вкусная моя девочка…я бы между твоих ног всю жизнь провёл. Идеальная моя.
Снова наклоняется и начинает сосать клитор, два пальца при этом проникают в меня и начинают двигаться в неспешном ритме. Всё вместе довольно быстро подводит меня к краю.
Закусываю губу, руками сжимаю свою грудь, слегка при этом щипаю себя за соски. Пружину затягивает, когда я почти срываюсь в пропасть, чувствую, как его большой палец проникает в меня сзади. Это толкает меня похлеще, чем было до этого. Не выдерживаю и кричу. Кричу в голос от ошеломляющей разрядки. Волны удовольствия не просто сносят меня, они утаскивают и не собираются отпускать.
Когда прихожу немного в себя, Рома плавно вынимает из меня пальцы и тянется обнять. Поворачиваю его лицо и целую в губы, чувствуя на языке свой вкус.
— Раз вопрос с предохранением решён, резинки нам не нужны, аллилуйя блядь! — Говорит он и смотрит при этом в глаза, — а тебе можно? Ты уточнила?
— На приёме ещё не была, но думаю, без фанатизма даже нужно!
— Не болит ничего?
Цокаю языком и уверяю, что если вдруг почувствую что не так, сразу скажу.
Снова меняемся местами, сажает меня сверху, аргументируя, что так я сама буду всё контролировать. Это не самая моя любимая поза, но сейчас плевать. Я хочу его и по хер на позу.
Беру твёрдый член в руку и направляю в себя. Сразу без дополнительных прелюдий и игр, он и так уже на взводе. Член просто каменный, я чувствую каждую венку. Медленно опускаюсь до конца. Беру упор руками о его плечи и начинаю раскачиваться, постепенно увеличивая темп.
Наклоняюсь вперёд, почти полностью ложусь на него. Целую его сама в шею, ухо. Шепчу, как люблю его такого идеального для меня. Как мне нравится его член во мне. Рома, вцепившись мне в попку, начинает вколачиваться в меня снизу. Резко и быстро.
— Ну нет, сейчас я веду, сам же сказал!
Ещё раз чмокаю его в губы и отклоняюсь назад. Развожу ноги в стороны, встаю на ступни. Руки же откидываю назад и упираясь ими в его колени. Он смотрит обжигающе, как его член проникает в меня. Как я двигаюсь на нём в своём темпе, не давая ему место для манёвра, только визуально подгоняя его к краю. Всего через пару минут он кончает в меня с глухим рыком, крепко прижимая к себе. Сползаю и укладываются рядом, ногу закидываю на него.
— Люблю тебя малыш! Всё хорошо? Ты как? Живот не тянет?
— Все отлично. Только мне нужно в душ.
— Сейчас... пять минут и пойдём.
После второго душа за вечер я ожидаемо проголодалась. Пока Рома греет мне еду, сижу на стуле и с улыбкой смотрю на его беготню. Заботушка.
— Нужно к родителям в гости съездить, тем более мы обещали, — ставит меня в известность, — да и не думаю, что моя сестричка будет долго держать язык за зубами.
— Не скажет она, я уверена. — Хотя с чего мне быть уверенной интересно?
— Всё равно. Давай на неделе поужинаем вместе?
Мама у него хорошая, интересно как отнесётся к тому, что скоро станет бабушкой? Волнительно. Всё, что ожидает нас в ближайшем будущем сейчас волнительно. Но не тревожно, что немаловажно.
— А они будут рады этой новости, как думаешь?
— Конечно! Какие нормальные родители не мечтают о внуках?
Как-то враз становится грустно. Моя мама дочери то не рада была всю жизнь. А уж внучке... Рома замечая мой потускневший взгляд тут же подходит и садится передо мной на колени.
— И твои буду рады, я уверен.
Вздыхаю, мечтаю чтобы это было так. Но не надеюсь. Мне уже давно не десять лет, когда я ждала, что вот-вот и мама меня заметит.