– Желанный, Милен, - Соня со стуком ставит на стол чашку принесенного секретарем кофе, все же с коньяком, едва не расплескивая содержимое. А вот ее чувства уже давно через край, - только недоступный. Как девочка бегаю за ним. Когда такое со мной было? Вот скажи, когда?
– Никогда, Сонь, - вздыхает подруга, соглашаясь. Ну чем тут поможешь? Вадим такой, какой есть. Либо отказаться, либо терпеть. Соню не устраивает ни один из вариантов.
– Ну, что мне делать, Милен? – уже тихо произносит подруга - то ли успокоилась, то ли коньяк подействовал. - Я гордость свою уже запрятала дальше некуда. Тянет к нему, и все тут. Почему он не хочет меня? Я же вижу, чувствую, что нравлюсь.
– Сонь, не в тебе дело, - Милена садится на подлокотник кресла и, смотря в глаза подруге, берет за руку, - Вадиму не нужны отношения. Никакие. А уж тем более серьезные. Женщины для него – хобби, нескончаемый список побед.
– Но Костя же тоже таким был. - Тихо произносит Соня. – А вы уже столько лет вместе, поженились даже…
– Сонь, - вроде и хочется поддержать подругу, но чем? В отношениях двоих нет места советам другого человека, даже если эти отношения еще призрачный дым, - у Кости до меня было много женщин только потому, что он боялся - как и я, впрочем, - серьезных чувств. Но мы вдвоем решили рискнуть и поверить в любовь и, к счастью, не прогадали. А Вадим, как бы грубо ни звучало, - просто бабник, каждую ночь новая любовь. Ему нравится такая жизнь, и другой он себе не представляет. Может, проще забыть?
– Может, и проще, - начинает Соня с вызовом, а заканчивает едва слышно, - но только как, если он просочился во все уголки и мозга, и сердца, и тела?
Ответа не ждет, да и не может быть ответа на этот вопрос. Коньяк еще этот, теперь за руль не сядет, на такси придется. А так хотелось разогнаться, может, хоть ветер немного эту одержимость остудил бы.
– На мероприятие-то вечером придешь? – улыбается Милена, уже зная ответ. Они ведь дружат вечность.
– Приду, - бурчит Соня в ответ, - но без подарка.
– Разумеется, без, - смеется подруга, - все хорошо будет, Сонь. Просто поверь.
– Верю, Милен, - произносит Соня вместо «спасибо», слова благодарности им и не нужны. Разве можно благодарить за дружбу? А подарок, конечно, будет – Соня еще весной привезла из поездки в Лондон великолепную антикварную шкатулку. Знает же, что Милена коллекционирует раритетные мелочи.
– Это кто такая? – шипит Соня, делая глоток холодного шампанского и кивая на девушку, практически повисшую на желанно-недоступном мужчине, который, лишив покоя, уже столько дней не уходит из ее жизни. Девушка, к слову красивая и сексуальная. Но куда ей с Соней тягаться, тем более, если у той в голове строит коварный план идея фикс.
– Я не знаю, Сонь, - вздыхает Милена, нервно постукивая длинными пальцами с идеальным маникюром по своему фужеру.
Эта навязчивая идея Сони уже даже немного раздражает. Обидно, конечно, что мужчина делает над собой такие усилия, чтобы держать дистанцию из-за своих дурацких принципов, но пора бы уже смириться. Но смирение и Соня – диаметрально противоположные понятия.
– Как это ты не знаешь? – возмущается, хватая очередной бокал с шампанским с подноса официанта, - твой же праздник - и гости, значит, твои.
– Моих гостей тут человек двадцать, - чуть раздраженно произносит Милена. - Костя превратил мой день рождения в бизнес встречу. Но обещал, что через неделю вдвоем отметим в Венеции.
– Тем лучше, что не знаешь, - Соня поправляет декольте безупречно-роскошного платья, оставляющего место для безумных фантазий мужчин, и берет с подноса официанта бокал с вином, - а вот она сейчас узнает. Слишком хорош мужчина для такой дистрофички!
– Ну, Соня, - устало выдыхает Милена. Но проще тайфун остановить, чем разгневанную подругу.
Софья подкрадывается почти неслышно, да и какая может быть слышимость на мероприятии с численностью около ста человек. Вадим Соню видит, а вот перешедшая дорогу, на которой сама-то девушка еще и не была, соперница нет. Софья легко толкает соблазнительным бедром удивленную в моменте легкомысленную девицу, сплошь состоящую из филлера, и нечаянно наклоняет фужер. Вадим едва сдерживает улыбку и рвущуюся с губ колкость в адрес девушки. Правда, пока еще сам не понял, какой именно.
– Ой, простите, - хлопает длинными натуральными ресницами и тихо произносит губами, в которых нет ни грамма увеличивающего геля. У Сони все природно-изящное. - Нам повезло, что и платье, и вино красного цвета, да?