— Не суди человека, не проходив хоть полдня в его сапогах, — заметил Джефф.
Она открыла было рот, чтобы ответить, но тут Эбби вздохнула и беспокойно мотнула головой. Джефф приложил палец к губам, ухмыльнувшись, ущипнул Дину за щеку и ловко увернувшись от ответного шлепка, выскользнул за дверь.
Дина сняла обувь и прилегла рядом с дочкой. Глаза слипались от усталости, но ей хотелось продлить эту минуту — в доме, полном, как гудящий улей, Дина чувствовала себя в безопасности и позволила завладеть собой детской уверенности в том, что все будет хорошо.
Примечание к части
31.10 - Хэллоуин
Whatsapp - мессенджер
Балаклава - маска-шапка с прорезями для глаз и рта
Хэллоуинская традиция сродни колядованию
17
Ночная улица перед баром была пуста, светились бумажные тыквы, развешенные вдоль карниза. Ветерок приносил голоса и смех с соседних улиц — жители городка пользовались возможностью подышать свежим воздухом без оглядки на темные углы. Много сил было вложено в то, чтобы сделать этот вечер свободным от страха, никто не остался в стороне, и это создавало ощущение уюта. Рокки-Лейк превратился в общую гостиную с коврами аккуратно подстриженных газонов, где диванами служили садовые скамейки, а с потолка светили звезды.
В баре было тепло, тихо играла музыка. Здесь собрались те немногие, кто не участвовал в веселой кутерьме на ферме Ферретов и был слишком стар для того, чтобы провести полночи на ногах в патруле.
За стойкой сидела София в черной остроконечной шляпе, из-под которой свисали длинные пряди седых волос. Каждый, кто ухмыляясь, открывал было рот для остроумного замечания, натыкался на поднятую бровь старухи и, подавившись словами, желал ей доброго вечера, спеша убраться подальше.
Внезапно двери распахнулись, и в помещение ввалились пятеро подростков. Их размашистые движения и чересчур громкие голоса говорили о том, что мальчишки уже основательно набрались. От компании отделился Энди и направился к светящемуся холодильнику. Старики провожали неодобрительными взглядами его рассыпавшийся зеленый ирокез и ворох сережек в ушах.
— Бери шестерку пива, — крикнул Терренс.
София подняла бровь.
— Если ты со вчерашнего дня волшебным образом не прибавил пять лет*, мой ответ — нет, Энди Янг.
— Какая разница? У нас есть чем заплатить! — возразил кто-то из парней.
Сунув руку в карман драных джинсов, Энди бросил на стойку ворох мелких банкнот и отбросил волосы с лица.
— Свинку-копилку разбил? — сверкнула глазами старуха.
— Ни с места! — гаркнула она, увидев, что он уже взялся за ручку двери холодильника. — Я не позволю вам, мелким засранцам, нарушать в моем баре чертов закон!
София сняла шляпу, кряхтя, сползла со стула и сделала два шага, опираясь на стойку. Посетители возмущенно зашумели, рядом с Софией появился Боб Браун, из кухни выглянула Полли.
— Идем отсюда, — вздохнул Пит.
Мальчишки нехотя направились к дверям, посмеиваясь и толкая друг друга.
Энди обернулся и сощурил глаза:
— Мы не уйдем, пока не возьмем, что хотим!
Он открыл дверцу и демонстративно помахал в воздухе запотевшей бутылкой.
— Смотрю, ты страх потерял, а, Эндрю? — проворчал Боб. — Прешь напролом и кажется, что горы свернешь? Хмель в крови и дурь в голове — неважное сочетание. По-хорошему говорю, иди домой и проспись.
Двое приятелей подошли к Энди и вполголоса стали уговаривать отступиться.
— Я уже сказал, что не уйду! — рявкнул Янг, стряхивая с себя их руки. — Мне надоело вечно таиться, словно мышь в норе! Это не мы, а они должны нас бояться!
— Нет, вы посмотрите на этого наглого юнца! — воскликнула София, — чем ты собрался пугать меня, птенчик? Своим неоперившимся клювиком?!
Боб прыснул и раскашлялся, раздался громкий хохот поварихи Полли. Краска бросилась Энди в лицо, он сжал кулаки, свет под потолком мигнул.
— Ты что творишь, идиот! Давай, пошел! — Терренс схватил Янга за шкирку и толкнул в сторону дверей.
Энди зарычал и вырвался, массивный Терренс отлетел в сторону и опрокинул столы, мотнул головой, приходя в себя, и оскалился:
— Ах ты чертов дурак! Ну, пеняй на себя…
Лампы снова загудели, в углу зловеще засветилась оскаленная тыква, пламя свечи фыркнуло и погасло.