Жаль, что эта вилка тебе в причиндалы не вонзилась, — подумала я про себя мстительно.
У меня было ровно несколько мгновений на то, чтобы решить, как себя вести.
И я посчитала лучшим не выдавать, что все знаю.
Скандал устроить всегда успею. А заодно и спугнуть этого поверившего в себя донжуана. А мне это невыгодно.
Сначала нужно выяснить все про его тайные доходы и любовницу. А потом уж я подумаю, что с этим всем делать.
И как побольнее расквитаться.
Яр не сказал, спал ли с этой шалавой, но я полагала, что это произошло по умолчанию. Наверно, даже он не настолько идиот, чтобы осыпать её подарками без доступа к телу. И что там, интересно, у неё за сокровище такое между ног, что стоит таких вложений!
Вдохнув и выдохнув, я медленно сняла обувь и верхнюю одежду. Направилась на кухню, повторяя про себя…
Господи, дай терпения не плюнуть этим двум сволочам в морды!
Когда открыла дверь — папаня поднялся со стула и раскрыл мне объятия.
— Колеса терлися, колеса терлися, а вы не ждали нас, а мы приперлися! — провозгласил в своей привычной манере.
Я холодно улыбнулась в ответ.
— Действительно, не ждали. Зачем пришёл и почему без приглашения?
Глава 5
Я с некоторым наслаждением наблюдала за тем, как отец растерянно опустил руки, так и не дождавшись объятия.
А я смотрела на него и лишь одними глазами вопрошала — как же так, папа?..
Как мог тот, кто учил меня ходить, читать, познавать мир, сейчас так обо мне говорить — что я рожей не вышла, что не заслуживаю от мужа подарков, а какая-то шлюха — совсем другое дело!
Во мне ещё слабо трепыхалась надежда, что он соврал Ярику. Что потом подойдёт и скажет мне правду — о любовнице мужа, об их разговоре, о тайных доходах…
Но я смотрела ему в лицо и понимала — этого не будет.
Уровень его отцовской любви и близко не стоял рядом с мужской солидарностью.
Стало невыносимо противно. Нестерпимо горько. И почти невозможно молчать…
Я отвернулась.
А до меня донеслось пренебрежительное фырканье. И смех…
— Ну ты глянь на неё, чего выдумала! Приглашения какие-то… Я ж тебе папка родной, а не какой-то там человек с улицы!
Мне хотелось сказать в ответ, что человек с улицы и тот, возможно, был бы со мной честнее, чем так называемый «родной папка».
Но смолчала. Моё время ещё настанет.
— Так чем обязаны? — спросила я снова. — Заночевать у нас, если что, не получится — места нет.
В разговор вступил Ярик.
— Ты как с отцом-то разговариваешь, Кать? — спросил грозно.
Ну надо же, ещё один мужлан, который воображает, что может меня воспитывать!
Хотелось резко поставить его на место, но я побоялась себя выдать. Чего доброго, догадается ещё, что я все слышала…
Я повернулась к мужу, натянув улыбку.
— Просто предупреждаю папу, а то засидится и на автобус свой не успеет.
Мазнув взглядом по столу, я обнаружила, что они тут уже неплохо посидели. И выпили, и закусили…
Отец откашлялся. Примирительно проговорил…
— Ты, наверно, на работе устала, потому такая…
Какая — такая, договорить не рискнул. А я, разумеется, уточнять не стала.
Усмехнувшись, ответила:
— Спасибо, что заметил, папуль. Так что, сам понимаешь, долго с тобой посидеть не могу.
Он почесал свою лысеющую макушку и снова прочистил горло.
— Ну я, в общем, чего хотел-то… день рождения у меня скоро…
Я тайком впилась ногтями в ладони. Неужели посмеет чего-то просить?
— И надо бы, ну… отметить как-то. Родню там позвать.
Я склонила голову набок и улыбнулась.
— Так отмечай и зови.
Он неловко переступил с ноги на ногу, явно застигнутый врасплох моими словами. Видимо, ожидал, что сама брошусь предлагать свою помощь.
Фиг там плавал.
— Ну так ведь надо стол накрыть, угощения там всякие приготовить…
Моя улыбка стала ещё шире.
— Все в твоих руках, папуль.
Тут уже не выдержал муженек.
— Кать, ну что ты как глупая! Помоги отцу, сделай все, как следует! Он хотел у нас отметить, у него-то дома места маловато… Верно, Семеныч?
— Да-да, — закивал папаня как болванчик.
Две сволочи. Палец о палец оба не ударят по жизни и только ждут, когда их обслужат. И ведь надо же, как блеет козлина в поддержку отца за то, что тот его покрывает и нахваливает его подлость и предательство!
Я приложила ладонь к груди и самым нежнейшим голосом отозвалась:
— Я как раз не глупая, Яр, и обслуживать толпу гостей не буду, корчась сначала у плиты, а потом перейдя в разряд «принеси-подай». Мне и с вами забот хватает. И вообще, у нас тоже места для посиделок нет, зато есть двое детей, которым ни к чему смотреть на сборище пьянчуг. А ещё у меня нет времени. Как любезно заметил папа — я устала. Поэтому на ужин у нас сегодня будет пицца за твой счёт. Девочки будут в восторге. А ты наконец побудешь добытчиком, которым себя с какой-то стати воображаешь.