Мою верную мысль прерывают его противные и цепкие руки, которыми он залезает ко мне под юбку и толкает в сторону второй вип-комнаты.
Говорят, что иногда, в минуту ужасной опасности, активируются все силы в человеке. Да пусть будет так. Я со всей силы бью его коленом между ног и бросаюсь бежать. Протискиваясь через людей на танцполе, я понимаю, что далеко мне не убежать, скидываю на ходу туфли, и все-таки выскакиваю на улицу, наугад поворачивая вправо.
Твою мать, я вижу темную арку с тупиком впереди, слышу сзади открывающуюся дверь клуба, в голове кружится голубая жидкость и я слезно обещаю себе больше никогда не совершать глупости, только бы спастись. И падаю.
Глава 2. Случайность.
Матвей
Каждый день в 6 часов утра я вставал, принимал душу, быстро жарил яичницу с помидором, заваривал растворимый кофе из пакетика, быстро все это в себя запихивал и ехал на работу. Я любил свое дело настолько, насколько можно любить то, что забирает все твои силы, время и здоровье. Но я просто не представлял себя никем другим.
В пятницу была моя смена. И с самого начала все пошло не по плану. Накануне вечером позвонила моя мать. Точнее она набрала меня, наверное, раз 5, прежде чем я подошел к телефону. И не потому, что не хотел с ней говорить, хотя кого я обманываю. Просто играл в приставку. Да, так я расслабляюсь. Не пью по барам и не гуляю с девчонками - что первое, что второе мне просто противно. Спасибо, разрушать свою нервную систему я не готов. Я играю в God of War уже где-то час, когда решаю пойти на кухню заварить кружку чая. По дороге я хватаю телефон со стола и вижу пропущенные. Вдох. Я беру себя в руки и нажимаю зеленую трубку.
-Ты что там, бухаешь? - без приветствия бросает мне мать.
Я захожу на кухню. Ставлю чайник.
-Матвей, как ты можешь! Ты должен помогать своей бедной матери, а не бухать и шляться по всяким притонам.
Открываю пакетик с черным чаем и кладу в чашку.
-Матвей! Я с тобой говорю!!
Чайник закипает. И я наливаю кипяток в чашку.
-Да, пью. - отстраненно бросаю я.
-Я знаю, ты - как твой отец! - уже как будто переходит на визг она и бросает трубку.
Я морщусь. Ненавижу алкоголь и семейные отношений. И, наверное, психолог сказал бы мне, что я проецирую отношения родителей на себя, что над этим надо работать. Но я достаточно работаю на работе, а дома я хочу отдыхать.
Я не железный, такие звонки действуют на мое настроение. И я играю дольше, чем должен бы был перед сменой. А после - встаю не по первому будильнику, а по второму. Один промах тянет за собой второй, так будет всегда. Поэтому я так редко позволяю себе расслабляться. Масло закончилось, яичница подгорела, и я голодный прыгаю в машину, чтобы успеть на работу.
И она не заводится. Шесть безуспешных попыток, и я на секунду бью по рулю от беспомощности. Только на момент, потому что у меня нет времени на это. Я набираю Макса и прошу заехать за мной.
В 7.30 мы заходим в пожарную часть, чтобы заступить на дежурство. И если вы думаете, как моя мать, что пока нет пожаров, мы спим на работе, вы сильно ошибаетесь. Сон не записан в наш распорядок, и мы тренируемся каждый гребаный день, когда находимся в пожарной части.
Ровно через сутки Макс отвозит меня домой, и я просто ложусь спать. День был настолько сложным, что мне не хочется о нем даже рассказывать.
Ближе к вечеру Макс заезжает ко мне, чтобы отвести единственную капризную женщину, которую я готов терпеть - мою машину в автосервис.
-Ну что, бродяга, выспался?
Я выхожу из подъезда немного лохматый ото сна, в черном спортивном костюме (как будто у меня есть какая-то не черная одежда).
Я молча хмыкаю и жму ему руку. Макс - мой лучший друг, хотя мы и никогда не сидим с ним с пивом у телевизора, не тусим в клубе и не ходим на футбол. В целом мы смотрим на мир почти одинаково. Только вот у Макса есть семья, и он души в ней не чает.
-А ты? - спрашиваю я и морально готовлюсь умиляться.
-Да ты знаешь, я чуть поспал, а тут Мишка прорвался в комнату, Ника его, конечно останавливала, чтобы дать мне отдохнуть, а он сбежал и давай меня обнимать, кричит, "Пап, пошли.."..
Ника - жена Макса, они вместе с 11 класса школы, вот про таких говорят, да не может быть, расстанутся потом. А им плевать, что говорят. Два года назад у них родился долгожданный сын, и Макс, наверное, готов вообще не спать, если этот маленький хулиганенок попросит его об этом.