- Я хочу сохранить его в целостности и передать нашим детям. Ну а пока, он обязательно должен занимать центральное место на ёлке. Чтобы напоминать о самых сокровенных желаниях и о том, что Дед всё же не перепутает, и непременно исполнит. Каждое.
- Обязательно.
Нехотя отлепляюсь от её жара. Колотит. Пальцы прячу в кулаки. Сразу. Чтоб не заметила. Отхожу в бок. Забираю от стены стремянку и выставляю её по центру. Так, чтобы точно. Со всех сторон было видно.
Залезаю наверх. Она поднимается с пола. Бесконечно аккуратно держит игрушку. Смотрит на неё. Завороженно. Не моргая. Загадывает, согревает в руках. И подаёт мне. Выше.
Выдыхаю. Фиксирую. Отстраняюсь назад, чтобы взглянуть всё ли в порядке. И, едва не оступаюсь от неожиданности, слыша громкий и саркастичный посыл старшего:
- Ни на миг оставить нельзя одного! Так и тянет руки к этой игрушке!
- Я тебя... , — цежу зло, сквозь зубы. Улыбается широкой и белоснежной. Смотрит дерзко и прямо.
- Я тебя тоже, — парирует мягко. - Привет, маленькая. Ты смотри за ним в оба глаза. Я то только на пару дней и уеду, а ёлку разбирать ещё после четырнадцатого. Утащит свою прелесть, что и не найдем потом вовсе.
- Привет, Серёж, — смеётся в ответ женский голос. - Это он от меня её прячет. Вещает, чтобы не достала, даже если на стул встану.
- Уу, — тянет он пронзительно и задумчиво. - Запущенный у вас случай, ребята. Если ты и остальной гадости от него нахватаешься, станешь таким же неизлечимо больным оптимистом! Это, конечно, забавно со стороны, но на деле...
- Юлька предлагает написать письмо Деду Морозу, — подкалываю брата, слезая. - Ты с нами?
- Ага, только контракт многомиллионный закрою и сразу скину двум голодранцам на марки. Я ж не сам свою жизнь делаю, а обращениями ко всем высшим и потусторонним.
- Жену попросить не хочешь? Чтобы жизнь немного облегчить, — не унимаюсь, нарываясь на качественный подзатыльник. - Может ты как в мультике, а, старший? Такой вредный был потому что велосипеда не было?
- У нас семейный лимит - одна свадьба в год, — отмахивается и уходит, договаривая уже из-за угла, — В этом осталось всего два дня, а следующий ты уже забронировал.
- Давай вешать дальше, — призываю ту, что не променяю ни на одну сосульку, весящую в зоне видимости. Кивает. Аккуратно подаёт мне в руки игрушки и прищуриваясь указывает куда вешать. Подходит к делу с такой серьёзностью, что тихо смеюсь и умиляюсь.
Улыбаюсь. Беспрекословно слушаюсь своего генерала. Выполняю приказы. Не думая.
Всё вокруг мишура. Яркая картинка. Как игрушки на ёлке. Если нет вложенного смысла, то и драгоценности становятся мусором.
Важнее всего прочего близость. Доверие. Открытость друг другу. Соприкосновения рук. Любовь. Которой пронизан каждый новогодний шарик на нашей ёлке. Да и мы сами. Светимся, точно гирлянды. От обыденности, что когда-то была недоступна: от возможности просто быть вместе.
Всё в мире Доверие и Любовь. И иже с ним. Аминь. Подмигиваю тем, кто выше и ниже. А закончив с ёлкой, непременно за письмо к Деду(1)
***
1. События описаны в книге "Error. Лимит попыток исчерпан”. Юлия Прим
Всё в этом мире: Вера, Надежда, Любовь.
Спустя года. От неё.
- Пап, а мама была хорошей девочкой в этом году? - задаёт вопрос детский голос, в котором невообразимым образом слышимся мы оба. От отца Котя унаследовал свою рассудительность и манерность подачи. Любое самое дикое предложение озвученное сыном, воспринимается в корне двояко: с одной стороны мне приходится объяснять что это не так, а с другой, то, как он преподносит свою истину, убеждает меня в обратном. Я готова согласиться со всем. И подписаться дважды. Под любой формулировкой, виртуозно озвученной как сыном, так и его папой.
- Мама у нас всегда хорошая девочка. И не смей никогда в этом сомневаться, — заключает сейчас тот, кто постарше. - Я однажды рискнул и едва не потерял её...
В центре просторной и светлой комнаты, под высокой ёлкой, что ещё не наряжена, сидят два главных мужчины моей жизни. И распутывают гирлянду. Проверяют целостность лампочек. Один не уступает другому в энтузиазме. С заметным удовольствием, во всей этой суете, копаются оба. Две точные копии: один поменьше, другой побольше. И разговаривают. Как взрослые. Далеко не на детские темы.
- И как ты её нашёл? - с любопытством уточняет малыш. Улыбаюсь, слыша в нём свой отголосок. Нотки любознательности в несломленном, чистом голосе; капельку авантюризма и лёгкости... Лёгкости бытия в котором нет ничего невозможного. Ведь, даже под моим сердцем сейчас бьётся второе такое же. Только маленькое. Дочки. О которой не могла и мечтать. А она взяла и случилась. Просто. С первого раза. Как благословение свыше. Как знак. Что в жизни всё переменчиво. И стоит держаться за истины. За любовь. За семью. За свою Веру. Была мысль назвать её именно так. Верой. Моим полным и бесконечным доверием к мужу. Но...