Парень провел своей рукой по моей, что было его роковой ошибкой, это вернуло меня на землю. Еще чуть-чуть, и, полагаю, мы бы перешли черту.
«Чертов гипнотизер», — обозвала я про себя этого дамского угодника.
— Кхм, — кашлянула я, растерянно и несколько нервно проговорила, словно скороговорку, — угомонись, сказочник.
Парень усмехнулся, а затем вернулся в прежнее положение, что заставило меня выдохнуть.
— Окей, потом продолжим, — подмигнул он мне.
Это было сказано в шутку, однако я четко могла различить нотки уверенности и обещания. Не знаю, мне или ему.
— Обязательно, — натянуто улыбнулась я ему.
— А теперь, зайчик, — проговорил черноволосый, накрутив мой локон себе на палец, — перейдем к интересующим меня вопросам.
— Каким? — не поняла я его.
— До меня тут дошли слухи, что у меня появился конкурент, — произнес сероглазый несколько требовательным тоном, смотря мне прямо в глаза.
— Какой конкурент? Ты пьяный что ли? — я принюхалась, однако запаха алкоголя так и не почувствовала.
Интересно, кто же эти «добрые» люди, которые распускают про меня слухи. Неужели им больше заняться нечем?!
Парень проигнорировал мою фразу, а затем промолвил:
— Я видел возле тебя, — ткнул он мне пальцем в ключицу, — паренька, который руки распускал.
— Ты не перепутал? — посмотрела я на него, как на умалишенного.
Что-то я не припомню, чтобы с кем-то зажималась по углам. Да и могла ли я вообще позволить кому-нибудь подобную вольность?! Что за ахинею он несет?!
— Нет. Этот хмырь закинул на тебя свои лапы, — пожал он плечами.
— Хорошо, — сдалась я, приподняв руки в знак капитуляции. — Когда? — потребовала я, вскинув вверх подбородок в ожидании объяснений.
— После второй пары, — не задумываясь, ответил он.
Я нахмурилась, вспоминая, что же было. А затем, словно по щелчку пальцев, до меня дошло. Глеб, должно быть, Егора имеет в виду.
Я прикусила губу, дабы с меня не вырвался смех.
— Не знаю, что ты мог там увидеть, — промолвила я, сложив руки на груди. — Мы просто шли в аудиторию.
— В обнимочку? — прищурил Баринов свои серые глаза.
— Ты ревнуешь что ли? — задала я вопрос в лоб.
Черноволосый поджал свои губы, заиграв скулами.
— Конечно, я ревную! — воскликнул он. — Не знаю, заметила ли ты, но ты мне нравишься. Я не каждой второй дарю букеты и помогаю с учебой, — прорычал парень, сжав кулаки.
Я поерзала на стуле, не имея ни малейшего представления, что сказать. Ревнующий Глеб стал для меня неожиданностью. Кто ж знал, что парень такой собственник. К тому же, мы с ним никто друг другу. Меня прежде никто не ревновал. Я не могла понять, какие эмоции испытываю по этому поводу.
— Да ладно тебе, Глеб, — промолвила я, аккуратно прикасаясь к его плечу и чувствуя, как на самом деле Баринов был напряжен. — Егор - мой знакомый.
Я не хотела оправдываться. Я не была в чем-то виновна. Следовательно, оправдываться не за что. Однако все же почему-то это делала. Мне казалось неправильным сказать Глебу, что я ему ничего не должна. Это, по меньшей мере, некрасиво. Вопреки тому, что Глеба я знаю от силы месяц, этот сероглазый льстец занял определенное место в моей жизни. И я не готова была пока отпустить его, чтобы я там не говорила, и как бы порой он меня не раздражал.
— Друг? — все еще подозрительно произнес черноволосый.
— Да, — закатила я глаза.
— Хорошо, — кивнул он, едва заметно улыбнувшись, а спустя несколько секунд добавил, — и пообещай мне, что первое свидание в любом случае достанется мне.
Я часто заморгала и, сглотнув, пробормотала:
— Если достанется.
Хоть мои слова и звучали неопределенно, но мы оба знали, что за этим стоит нечто большее.
— Отлично, — криво ухмыльнулся сероглазый, обняв меня рукой, притягивая к себе.
Я оторопела не в силах пошевелиться, между тем, парень устроился поудобнее, расположив меня на своей груди и переплетая наши пальцы на руках.
Я попыталась встать, однако Глеб лишь сжал меня сильнее, произнеся:
— Не кипешуй, зайка, я же не пристаю, в конце концов.
Я прикусила язык, дабы не сболтнуть лишнего. Моя спина была напряжена, но выбраться из медвежьих объятий не представлялось возможным, поэтому я просто расслабилась и постаралась получить удовольствие.
— Я уже боюсь тебя оставлять, — прошептал он мне на ухо.
Меня озадачили его слова, поэтому я спросила:
— Почему?
— А вдруг украдут, — усмехнулся парень, — не хотелось бы попасть в неприятности.