На этом месте Борис нервно закурил.
- Смотрю КПП какой-то воинской части. Думаю, но телефон-то там точно есть (это было ещё до эры мобильных телефонов). К Петру Семёновичу обернулся, а он… в общем, если вы покойников хоть раз видели, сразу поймете. От ужаса я принялся стучать в ворота. Не сразу, но вышел какой-то солдатик в бушлате. Я ему пытаюсь объяснить, что случилось, а он меня вроде бы и не слушает. «Не ори, - как-то устало, даже с досадой говорит мне. – Рано ты приехал» «Как рано? Боюсь, как бы ни умер Пётр Семёнович!» «Уезжайте отсюда» Ну, думаю, попал в какую-то секретную часть. «Скажи мне, хоть где тут ближайшая больница?» Тот только небрежно рукой махнул и ушёл. Вернулся я. На Петра Семёновича и смотреть боюсь, завёл машину, развернулся да неудачно – занесло. И вдруг слышу его голос: «Сколько раз тебе говорить, не умеешь водить – не садись за руль! Ну-ка, пересядь» Вылез из машины, а КПП-то нет, и огней никаких нет. До больницы мы доехали, и Петра Семёновича сразу в реанимацию отправили. Инфаркт. Как он машину-то вёл, ума не приложу!
Когда Петр Касилин услышал о рассказе своего экспедитора, только снисходительно отмахнулся.
- Глупый он, Борька! Я-то точно знаю, что не мог умереть в снегу на грязной обочине, если мне жизнь даже в той афганской переделке оставили. Господь такого никогда бы не допустил. Чего-то я ещё не сделал. Сердцем чувствую.
- А исчезнувшее КПП?
- Так это же дорога. На ней всякое бывает.
Прошло несколько лет, и выяснилось, что не зря Пётр Касилин сердцем чувствовал, что ещё не всё с ним в этой жизни произошло. Его жена Татьяна, которой врачи давно уже поставили диагноз «бесплодие», вдруг забеременела, и в сорок лет родила сына. Как же радовались супруги малышу, как носились с ним. Но когда Ване исполнилось десять лет, отца не стало.
Умер Пётр Семёнович от сердечного приступа в очередном рейсе у ворот КПП какой-то воинской части, пока его экспедитор (уже не Борис - другой) спрашивал у дежурного, где находится ближайшая больница.
Конец