–Мне нужно в туалет.
–Вот сходи в тазик. Альку трясло от холода, когда она вылезла из-под тёплого одеяла. На улице было светло, она увидела через окно.
–Выпей, тебе надо согреться. Алька залезла под одеяло.
–Где моя одежда? Почему ты раздел меня.
–Сушится. Алька увидела на верёвке, над печкой, висели её колготки и кофточка. Зашёл мужчина, они говорили, Алька не понимала, о чём. Этот мужчина подошёл к голове Альки, одной рукой держал руки Альки, а другой расстегнул ширинку, схватил её за волосы, и сунул ей в рот, своё хозяйство. Глядя на него, тот, который привёл её сюда, откинул одеяло и запрыгнул на Альку. Он был такой тяжёлый, толстый, потный и противный. Алька начала фыркать, потом блевать, прямо на пол. Алька обменялась с мужчинами презрительным взглядом. Пришёл другой мужчина, он громко кричал на толстого. Алька увидела, что на улице солнце уже взошло.
–Надо бежать. Подумала Алька.
–Я хочу в туалет.
–Вон в тазик сходи.
–Она, что сюда ходила? Кричал пришедший мужчина.
–Я хочу по большому. Дайте мою одежду.
–Ты, что? Она, что, голая лежит? Вы, что? С ума тут по сходили? Что вообще тут происходит?
Толстый мужчина дал ей болоньевые, мужские штаны и мужские большие туфли. Её одежду ей не дали. Алька вышла на улицу и огляделась. Везде были небольшие домики, земля огороженная высокими, 1,5 метровыми заборами из сетки, прикрученные проволокой к арматуре. Алька пошатала, забор гнётся, его можно сложить вдвое, он будет ниже, можно будет перепрыгнуть. Надо только подумать, в какую сторону лучше гнуть, к себе или от себя нужно будет наклонить к земле в плотную. Тут вышел толстый мужчина, она заскочила в туалет, он встал рядом.
–Ну что? Я так не могу, уходи. Только он зашёл за угол, Алька подумала, что может больше такого шанса не быть, надо бежать. Ей со страху, и в правду сильно захотелось в туалет, но время было дорого, надо бежать сейчас. Она вышла из туалета, отогнула до земли сетку, переползла через забор, сетка поднялась, она оказалась в другом огороде. Она увидела, как за ней лезут через забор мужчины, вокруг неё везде такой же забор. Она так же его склонила до земли, и перелезла через него, там ещё, оказался низкий деревянный, она перелезла и через него. Она бежала по узкой бетонной дорожке, увидела – впереди стоят несколько женщин, она закричала:
–Помогите, насилуют, убивают. Она к ним подбежала и спряталась за женщин. Подбежали мужчины, которые за ней гнались. Женщины громко кричали на мужчин, на незнакомом Альке языке. Когда Алька прыгала через заборы, от страха или от скачек, её сильно прослабило, прямо в штаны. Когда Алька остановилась, одна большая, твердая колбаска, выпала из её огромный штанов, потому, что на ней не было трусов. Она эту колбаску пнула ногой, к ногам мужчин и побежала на дорогу, оглянулась, никого нет, теперь она видела, куда ей надо было бежать. Этот мужчина обманул её, он повёл Альку в противоположную сторону. Просто заманил её к себе, воспользовался тем, что было темно, и Алька была выпивши.
Алька остановила машину, села. Но мужчина её выгнал, сказал, что от неё сильно воняет. Алька пошла пешком, было так холодно, декабрь. Встречные люди так смотрели на неё, было так стыдно, она спрашивала свою улицу, она решила зайти домой, а что делать? Нужно помыться, переодеться, и тогда поехать к маме. Она думала, что сейчас придёт домой, расскажет мужу, как её ограбили, избили, изнасиловали. Она шла плакала, ей так хотелось, чтоб её пожалели. Алька постучала в дверь своей квартиры, Вадим подошёл.
–Вадик. Я потеряла ключи, возьми в комоде, там есть запасные. Вадим открыл дверь, только она переступила порог, он ударил её кулаком по лицу. Алька улетела в угол, ударилась головой о бетонную стену, она начала вставать. Он, не отходя, опять ударил её по лицу ногой, обут он был в зимние сапоги с протекторами. Она решила уже лучше не вставать.
–Ты что? Вадик? Она так и сидела в углу, он ушёл на кухню. Потом подошёл, пнул её по лицу, и так он периодически заходил, пинал её, то в живот, то в грудь, то в голову, то в лицо. И снова уходил, и снова приходил, и пинал, и снова уходил.
–Вадик, за что ты меня бьёшь?
–Я тебя не бью, я тебя убиваю. У Альки лицо от ударов всё распухло, отекло, веки закрыли глаза, было темно, она уже ничего не видела. Она только услышала, как он прошёл мимо, вставил ключи в замочную скважину, открыл дверь и вышел. Алька встала, подошла к телефону, по стенке. Взяла трубку, раздвинула пальцами веки, начала набирать номер, но у неё ничего не получалось. Наконец, она сообразила, зажала трубку между ухом и плечом. Одной рукой она пальцами раздвинула и держала веки, другой она начала набирать номер телефона милиции, сказала адрес, положила трубку.