–Это что, средневековье? Пользуешься тряпками, для этого специально есть прокладки.
–У нас нет ни прокладок, ни туалетной бумаги.
–Приезжай в Москву и покупай.
–Да, я специально сяду на самолёт и поеду в Москву за прокладками? Все смеялись.
В понедельник утром Алька проснулась и вспомнила, что ей надо идти на УЗИ по направлению. Алька стала рассуждать.
–А что идти? У меня была кровь, я видела. Приду, она опять начнет кричать: Ты что пришла? Я же тебя уже смотрела. Или, я вижу, что месячные были. Что ты пришла? Я же тебе сказала, что у тебя там киста. Короче – решено. Что ходить? Кровь была, а 3 дня или 1 раз – главное, что была. Ей так хотелось спать, она тут же уснула.
Вечером в этот же день, Альку позвали на клизму.
–Завтра утром операция. После клизмы Алька не успевала, её и рвало, и прослабило. Когда она зашла в палату, она тут же упала, она потеряла сознание. Пришла медсестра, она принесла нашатырь, а потом горячий чай, сладкий.
–Я так и знала, что она с виду только такая, а на самом деле хиленькая.
Утром её увели в операционную, дали наркоз, и сделали лапароскопию. Обычно после операции врач заходил к больным, беседовал, рассказывал, как прошла операция, результаты. А тут, Алька лежит несколько дней, но к ней никто не заходит. Алька пошла искать палатного врача. Увидела его в конце коридора, он посмотрел на неё и зашёл в ординаторскую, пока Алька дошла, он закрылся, она стучала, но он ей так и не открыл.
Заведующая после больничного вышла на работу, вызывала всех больных к себе в ординаторскую. Вызвала Альку, она показала ректальную температуру, рассказала, как её каждый день смотрели на кресле, искали беременность. Как ей дали таблетки и у неё была кровь. Рассказала ей всё подробно. Когда Алька выходила из кабинета, к заведующей зашёл палатный врач, Алька через дверь услышала крик заведующей:
–Сволочи! И пока она шла по коридору к своей палате, она всё слышала возмущенные крики заведующей.
Альку не выписывали, у неё немного поднялась температура. Она уже не могла ни сидеть, ни лежать, ни находится в палате. Она ходила по коридорам больницы, она стояла у большого окна и смотрела на улицу. Как ей хотелось домой, она думала, что это уже никогда не закончится. Она чувствовала себя птицей, по иронии судьбы запертой в клетке. Внизу ездили машины, ходили люди, ей хотелось бросится на окно, разбить его головой и полететь ввысь, как птица. Казалось, что душа уже скоро не выдержит этого бесполезного заточения и вот-вот, выскочит из груди.
Алька увидела палатного врача.
–Ну как там у меня? Что там после операции? Всё хорошо?
–Ну если что-то и было, значит ещё будет. Алька ничего не поняла.
Алька приехала домой такой виноватой, опустошенной и потерянной. Как будто жизнь из неё ушла, у неё была страшная депрессия. Она пошла на приём к гинекологу, которая смотрела её до Москвы, и рассказала ей всё, что с ней случилось в больнице.
–А что они хотели, 5-6 недель, чтобы живот на нос лез? Приближался новый год. У врача на столе стояло много букетов роз от благодарных женщин. В утешение врач отдала Альки один букет. Она давно мечтала, чтобы у неё на новогоднем столе стояли свежие цветы. Она принесла домой, эти свежие, прекрасные розы, но они на глазах стали ронять головки. Она ничего не могла понять, почему? И тут она увидела, как под букетом роз, стоял открытый флакон одеколона.
–Что же ты сволочь творишь? Гад! Сам не даришь и подарки убиваешь? Прошептала она тихо, сквозь слёзы. Ей хотелось умереть, уйти из этой сумасшедшей жизни, где всё и все против неё, где её не любят, не понимают, не ценят и не уважают.
–Кому нужна такая жизнь? Без детей. Без детского смеха в доме. Без радости. Без любви.
Алька уже забыла, как она улыбалась. Она ходила как зомби, машинально выполняя работу. Пришла весна. Алька немного ожила, погрузившись в дачные хлопоты, но всё же иногда, сидя в ванной, когда оставалась одна, она охала, вздыхала, и подвывала от горя, как подраненная волчица. Пряча подальше, запихивая своё горе внутрь, что б никто не видел. Она чувствовала себя никчёмной, ущербной, проклятой. Она думала, что водой она сможет отмыться от какой-то грязи. Она обливалась водой и слезами, и действительно, после ванны ей становилось немного легче дышать, как будто она с плеч снимала какую то тяжесть, хотя это было ненадолго.
МАШИНА
Пятница. К Владу пришёл его брат Сергей. Они с Владом прошли на кухню и о чём-то негромко стали разговаривать. Алька поняла, что Сергей хочет взять у него деньги со сберкнижки.
–Я всё подсчитал, я продам мотоцикл, продадим золото, мне только до понедельника, крайний срок, за неделю я тебе всё отдам. Алька сразу взяла сберкнижку со шкафа и положила её в карман своего халата. Влад подошёл к шкафу в зале, открыл дверцу, где лежали деньги и сберкнижка.