Было уже поздно, темно, но Глеба всё нет. Пришёл за полночь, он был сильно пьян.
–Где ты был?
–Я поехал к ней.
–К кому? К ней?
–К Милки.
–И что ты там делал?
–Просто, взял бутылку, пил и смотрел на её окна.
–Я звонила тебе на работу, сказали, что ты рассчитался с ними, и пошёл домой, было ещё светло. Здесь идти до дома две остановки. А к Милки ехать два часа.
–Я хотел её увидеть. Думал, может она выйдет из подъезда, и я её увижу. Как уволился с завода, я всё время о ней думаю. Но она так и не вышла, я от неё шёл домой пешком, он сидел и плакал. Алька была в шоке.
–А что от тебя так воняет селедкой, ты что рыбу ел?
–Нет.
Алька рассказала родственникам Глеба про его проделки, они его сильно ругали:
–Ты что, больной? Ты что, ненормальный? У тебя жена, такая красавица, умница, молодая, а ты по этой старухе с ума сходишь? Придурок! Берись за ум, выкидывай всю дурь из головы.
Мила была старше Глеба на 11 лет. Она была замужем, у неё было трое детей. На работе она с ним кокетничала. Ей нравилось, что он за ней бегает, дарит ей цветы, конфеты, дорогие подарки. Она уже много лет ему морочила голову, пока он работал на заводе.
Алька решила сделать ход конём. Она сказала, чтобы Глеб позвонил ей и пригласил её к ним в гости. Есть повод. Она спасла Альке жизнь, вовремя дала лекарство. Заодно посмотреть на свою соперницу, что же в ней такого, чего нет в Альке, посмотреть, так сказать, ей в глаза.
–Пусть уж лучше здесь встречаются, чем он будет по ночам болтаться, смотреть на её окна, а я буду всю ночь не спать, переживать. Подумала Алька.
Мила не заставила себя долго ждать, тут же приехала, со своей подругой. Это была женщина ,в полном смысле этого слова. Всё было при ней: и фигура, и женское кокетство, и интеллигентность, и чувство такта, и высокомерие. Алька Миле тоже понравилась, она предложила дружить домами. И пригласила Альку и Глеба через неделю на проводы старого, уходящего года.
Дома Глеб вёл себя нормально, но в гостях стал стесняться, может побаивался её мужа, даже глаза боялся поднять. Сын Милы одел костюм деда Мороза, показывал фокусы, было весело. Когда муж ушёл спать в другую комнату, Алька предложила Глебу пригласить Милу на танец. Алька увидела, что он её сильно боится. Когда они закончили танцевать, Алька продемонстрировала Глебу, как надо обращаться с женщинами.
–Что ты её боишься? Она тебя не укусит. Учись, как надо вести себя с красивой женщиной. Алька подошла к сидевшей на диване Миле, галантно поклонилась, взяла её за руку. Когда она встала перед Алькой, Алька резко с силой дёрнула её руку, так, что Мила сразу оказалась в её объятьях. Алька представила, что она мужчина, сила, она властно вела Милу в танце, крепко прижимая её к своему телу.
–Учись. Женщины любят уверенность, мужскую силу и власть. Говорила Алька мужу.
–Почему ты не мужчиной родилась, я тебя уже люблю. Прошептала Мила на ушко Альки, и начала её нежно целовать в шейку. Потом она начала делать Альке массаж груди и целовать её в губы. Алька обалдела, она была в шоке и не знала, что в таких случаях делают. Подруга Милы резко встала с дивана.
–Лесбиянки! Кричала она. Плюнула в их сторону и ушла домой.
Алька сидела дома и всё думала, как же теперь дальше жить? Что делать?
–Всё хватит. Остаток своей короткой жизни нужно пожить для себя, весело, на всю катушку. Я всю жизнь экономила, голодала, копила деньги. Всё, хватит, я не буду складывать деньги. Я буду жить сейчас. Потому что жизнь она такая штука: то она есть, а потом её сразу нет. А может кровь ей на операции влили чужую, буйную. Кто кровь сдаёт за деньги? Тот, у кого денег нет, тот, кто не работает, кто пьёт. Вот и Алька стала частенько устраивать праздники, для души. Приходили в гости соседи, друзья, родственники.
А когда весело, душа поёт, случаются всякие глупости. Вот и с Алькой случилась такая глупость. Пришёл друг мужа, с большой бутылкой водки, выпили и попадали спать. Алька даже не помнит, как это всё произошло, что она с его другом. Ей было так противно, что даже затошнило, она побежала в ванну, упала на колени, обняла унитаз, как родного брата. И не поднимая головы, сидела над ним, пока кишки не полезли наружу. А друг его, открыл дверь в ванну, приспустил трусы:
–Возьми. Если бы Алька могла только встать, она бы этого наглеца спустила с лестницы. Он ещё, когда Алька не знала Глеба, приставал к ней на раздаче, всякие пошлые намеки говорил, она его ещё тогда возненавидела. Но чтоб такое услышать? Мало того, он ещё и мужу рассказал. Глеб говорит, стоял на коленях, просил прощенье.