Воздушник отшатнулся от его пальцев, словно они могли убивать прикосновением.
– Выродки! Вот вы кто! Вам удалось окрутить лорда Галена, но меня – не удастся! Я добьюсь того, чтобы ваша мерзкая религия сгинула в помойной яме, где ей и место!
– Оратор из тебя дерьмовый, Колт. Но спасибо, что предупредил.
Старик изрыгнул еще несколько ругательств и, уже не став дожидаться ответа, направился обратно. Кое-кто из людей у палаток сочувственно посмотрел ему вслед, но были и такие, кто поусмехался ему в спину.
– Проклятье, – пробормотал Дэйн, глядя на уходящего воздушника. – Я знал, что это произойдет, но не думал, что так скоро. Нам повезло, что он со своими бессильными угрозами выглядит жалким.
Маг наконец-то перевел взгляд на брата и обнаружил, что тот стоит со сложенными на груди руками и с осуждением смотрит на него.
– Ну а чего ты от меня хотел? – огрызнулся Дэйн. – Сдерживаться и скромно кивать, когда он поносит нашего бога? Я этого и раньше не терпел, а сейчас и подавно не буду.
Эйд вздохнул и указал на дорогу между палатками. Навстречу Колту шел еще один слуга в одежде родовых цветов Галена. Старик едва не задел его плечом, слуга посторонился, удивленно посмотрел магу вслед и направился к братьям.
– Господа Дэйнар и Эйдар, – чинно произнес мужчина, приблизившись. – Лорд Гален ждет вас на собрании командования в доме старейшины, которое состоится по поводу предстоящей атаки на замок Родверк.
– А мы тут причем? – нахмурился Дэйн.
– Вам еще не сообщили? Ах, прошу прощения. Господин Дэйнар, вы больше не подчиняетесь капитану Броклину, известному как Брок Воловья Голова. Вы новый советник по магии.
Дэйн смотрел на слугу молча, сдерживая страшное желание выматериться.
Гален мог предупредить хотя бы чуть-чуть заранее. Тогда этой громкой сцены с Колтом можно было бы избежать. Но лорд, очевидно, класть хотел на мнение назначаемых им же самим советников.
– Мы сейчас будем. Я только надену что-нибудь более подходящее.
– Я передам лорду Галену.
Слуга поклонился и ушел обратно. Дэйн, тихо ругаясь, полез в палатку. Эйд – за ним.
Однако брат не начал искать среди вещей чистую рубашку. Он сел и мрачно наблюдал за тем, как переодевается Дэйн. Наконец заметив это, маг вздохнул и сел напротив.
– Я не забыл об обете. Я бы не смог, потому что от этого зависит твоя жизнь. И пожалуйста, не надо снова начинать: «если я этого не хочу» и прочее. Чего хочет бог, того хочу я. Всё, чем я в данный момент занимаюсь, служит нашей цели. Клянусь.
Слабое движение глаз – и Дэйн понял, что он прощен. Дышать в душной палатке, наполненной запахами одного гниющего и одного немытого тела, стало легче. Однако во взгляде Эйда оставалось сомнение. Дэйн понимал, насчет чего.
– Мы должны взять Родверк. Мы можем его взять. Даже с этой шушерой в роли солдат. Как форт Каллиуса, как Далерт…
Брат сделал несколько жестов.
– Да, наше с тобой появление уже не будет неожиданным. Но у меня есть план. Во время прошлой осады я столько проторчал в Родверке, что знаю в нем каждый кирпич и все его слабые места. Не маши руками, я помню, что прошло десять лет. Камни за это время не поменялись, так ведь?
Наконец-то в глазах Эйда засияло понимание. Дэйн улыбнулся.
– Вот и хорошо. А теперь будь добр, надень рубашку поприличнее. Если уж я теперь советник, мы должны выглядеть соответствующе.
Брат принялся копаться в походном мешке. Дэйн, наоборот, замер на некоторое время, задумчиво глядя куда-то вдаль.
Нужно не только взять Родверк, что само по себе непростая задача. Нужно еще и разобраться с Колтом, пока тот не настроил всех против братьев. До сих пор люди Галена к ним относились неплохо, хотя и держались в стороне из-за вполне объяснимой опаски. Но братья и не пытались обращать никого в новую веру, не считая того, что Эйд повсюду оставлял фигурки Ниртала. Если же примешать к делу религию, ссора, которую в другое время можно было бы выставить простой завистью к более молодому и успешному сопернику, рискует выйти боком.