– Внушительный список, – лейтенант, кажется, был искренне впечатлен. – В гвардии меня учили… меньшему.
– Но образование у тебя лучше? – улыбнувшись, предположил Арн.
– Сложно сказать. Я не благородных кровей. Мой отец – винодел, моя семья уже несколько поколений служит поставщиком вина для императорского стола. Это большая честь, поэтому мы жили богато, хотя и не сравнить с настоящей знатью. Когда я решил, что хочу послужить императору иначе, отец не был против. У меня есть братья, которые наследуют семейное дело за меня. Вот так я и оказался в гвардии.
– Если я правильно помню гвардейские порядки, то даже превосходное образование не даст тебе подняться выше того, что есть сейчас.
– Это верно, – Далл кивнул. – Более высокие офицерские звания занимают люди благородной крови. Слава Отцу воинов, при Трин освободилось место лейтенанта и никто из благородных не хотел ехать на край земли, а то не видать бы мне и этого. Зато мое образование помогает мне сейчас.
– Ну ладно, – Арн поднял руки, сдаваясь. – Давай, рассказывай про Шадесс. Я в нетерпении жду, когда меня коснется свет знаний.
32.2
Далл улыбнулся.
– Так уж и быть, просвещу тебя. Тысячу лет назад Шадесс находился на суше, у морского побережья, и был процветающим торговым портом. Он привлекал столько людей, что они селились и прямо возле берега, и на холмах, которые окружали город. А потом случилась война богов. Себел пытался скрыться в своих владениях, и Чете пришлось сразиться с ним прямо над городом. Морской бог был побежден и рухнул на землю, но оказался так тяжел для суши, что та содрогнулась и треснула. В разломы хлынула вода. За несколько часов город скрылся под морем, и люди, раньше жившие на вершинах холмов, выглянув из окон, увидели, что теперь они оказались на островах.
– Ты хочешь сказать, – с недоверием протянул Арн, – что там, на дне этих грязных каналов, стоят дома?
– Ага. Ну, то есть я не проверял, но так гласит легенда. Выжившие шадессцы хотели покинуть город и поселиться в более пригодном для жизни месте, но вот беда – когда падение Себела всколыхнуло море, волны разбили все корабли. Людям пришлось ждать, когда приплывут новые. К тому моменту, как это наконец случилось, шадессцы поняли, что жизнь на островах не так уж тяжела. Они отказались от мысли уйти, решив отстроить Шадесс заново – только теперь на воде. И, в общем, у них это получилось.
Далл обвел рукой ближайший квартал-остров. Здания на нем стояли так тесно, что между ними оставалась лишь крошечная щелочка, в которую протиснулись бы только ребенок или худенькая девушка. И все равно дома выглядели оживленными – кто-то выливал в окно помои, а откуда-то шел дым, наверное, от подгоревшей в очаге каши.
Арн покачал головой. Он верил в легенду, но ему сложно было представить людей настолько упорных, что они не бросили острова, невзирая на разруху войны богов. Нюхачу, привыкшему к широким просторам Нортена, в городе было тесно и неуютно.
Местные жители, наоборот, отлично чувствовали себя в толкотне. На «улочках»-уступах всего в локоть шириной они сплетничали, торговали, играли с детьми и… проповедовали.
Миссионеры самых разных мастей торчали на углах каждого хоть сколько-нибудь крупного канала. Забавы ради Арн сначала их подсчитывал, потом ему надоело. Очевидно, в Шадессе можно было собрать крупную паству, раз все они так старались, перекрикивая людской гомон и забираясь на самые высокие места, откуда их могли хорошо видеть и слышать прохожие.
Некоторые проповедники не были шадессцами и рядились в странные одежды, каких Арн никогда раньше не видел. Увы, он не говорил на местном языке и не разбирался в мелких религиозных течениях, поэтому не мог понять, в какую веру они убеждают обратиться. Лишь староверов узнать было легко. Они носили на груди трезубец – символ Себела. Некоторые, впрочем, не ограничивали свою фантазию и выкрашивали волосы зеленым – под цвет водорослей – или закутывались в рыболовные сети. Неизвестно, как это влияло на число прихожан, но зевак такое зрелище собирало немало.