Палец, демоны б его драли, указывал прямо на Далла.
Арн дернулся было к старику, но дорогу преградили трое увальней – подсадных уток. Двое из них вытащили ножи, третий снял прицепленную к поясу дубинку. Проповедник в это время сиганул с бочки, которую использовал как кафедру, и прытко бросился прочь по улице. Всего миг – а он исчез, будто растворился в воздухе, хотя вонь его страха никуда не делась. Переулков, куда он мог бы свернуть, поблизости не было.
Значит, магия иллюзий. Ярый приверженец Себела раньше поклонялся Лорду масок, причем был не каким-то колдунишкой, а присягнувшим богу магом, раз он мог полностью накрыть себя невидимостью. В Элантии его вообще не выпустили бы на улицу без присмотра, не говоря уж о том, чтобы позволять ему проповедовать чужую веру. Интересно, насколько шадессцы счастливы, что у них в городе орудуют такие вот хитрецы-пройдохи?
А Лорду масок-то насколько приятно, что его силу используют для прославления другого бога? Чета со своей семеркой там у себя, в Небесных чертогах, окончательно рехнулась, раз спускает такое с рук своим последователям?
Ответом на эти вопросы Арну послужил взмах дубинки фальшивого морячка. Пока предупреждающий – невзирая на численное преимущество, староверы надеялись, что противник даст деру.
Еще бы. На поясе у него висела не какая-нибудь обструганная палка-дубинка и не ножик, а меч.
Нюхач оглянулся на Далла. К тому тоже подступали трое староверов. Остальных зевак как ветром сдуло. Никто не хотел подвернуться под руку драчунам, тем более на такой узкой улочке.
Лейтенант уже вытаскивал оружие, мрачно наблюдая за громилами, которые пытались его прижать к стене. Эта троица была настроена агрессивнее, чем те, что возле Арна. Похоже, их злил один вид чистокровного элантийца. И это было плохо – вряд ли они легко отступят, даже если нортенец быстро справится со своими противниками.
– Эй, Далл, – позвал Арн. – Как думаешь, нам стоит надеяться на появление местной стражи?
– Только если она умеет летать, – сказал тот, оглянувшись на забитый лодками канал и затор на улочке, который образовался из-за убиравшихся отсюда поскорее прохожих.
Нюхач освободил клинок из ножен.
– Значит, повеселимся.
– Ага, – совершенно без воодушевления ответил Далл.
33.1. Арн
Раны коснулась ткань, пропитанная обеззараживающей жидкостью. Тэниру обрабатывала порезы аккуратно, но их было столько, что Арн наконец не выдержал и зашипел от боли.
– Заткнись, идиот!
Это прозвучало так грубо, что повернули головы все, кто находился в покоях Трин. Хараний готовился к какой-то встрече, служащие бегали туда-сюда, и в залах было сумбурно. Поэтому двух потрепанных в драке мужчин потащили в самые просторные комнаты дворца – по счастью, именно в них разместили императорскую племянницу.
Хозяйка покоев зло смотрела на Арна. Ругалась именно она – от робкой Тэниру такого сложно было ожидать. Девочка, порхавшая вокруг нюхача так, словно он был хрустальным, вообще смотрела на Трин с осуждением.
– Серьезно? – спросил Арн, задумчиво глядя на принцессу. – Вот прям так, с оскорблениями?
– А ты как хотел? – снова рявкнула она. – Сцепиться сразу с шестью местными громилами всего лишь на второй день нашего присутствия в Шадессе могут только идиоты!
Далл благоразумно хранил тишину. Арн принюхался к ауре Трин и мысленно с ним согласился – лучше помолчать.
Ее рвало на куски. Они с Тэниру тоже сделали небольшую вылазку в город и вернулись незадолго до мужчин. Только женская прогулка, разумеется, прошла гораздо спокойнее. Возможно, потому что Хараний вовремя навязал принцессе эскорт из охраны посольства.
Трин надеялась, что ведьма найдет неподалеку каких-нибудь духов, а те расскажут ей, не проснулся ли Себел и не мутит ли кто в последнее время воду в мире за Гранью. Но Тэниру не добавила ничего нового – по ее словам, духи либо не желали разговаривать с чужачкой, либо были совершенно безразличны к происходящему вокруг, замкнувшись на своих страданиях. Те, с которыми удалось поговорить, подтвердили и без того известную вещь – Себел в последнюю тысячу лет не объявлялся.
Трин рассчитывала на гораздо бóльшую полезность юной ведьмы и была разочарована. А тут еще, стоило девушкам вернуться, как в двери ввалились Арн с Даллом. Оба в крови и взмыленные, потому что им пришлось удирать от стражи.