38.1. Дэйн
Дэйна разбудила ругань за дверью. С трудом разлепив веки, он утомленно подумал, что это уже превращается в традицию. Стоит выложиться – полноценного сна не жди.
Первые несколько мгновений пришлось потратить на то, чтобы вспомнить, где он вообще. Очертания комнаты маг не узнавал. Небольшая каморка, но рассчитанная на одного обитателя – значит, раньше здесь жил кто-то, занимающий важную должность, но не так чтобы очень высокую. Добротная мебель, книжная полка на стене – это с учетом, насколько дороги книги, – подтверждали вывод. Помещение чем-то навеяло Дэйну картину его жилья в форте Каллиуса. Не хватало только того отвратного гобелена с императором, которого Дэйн в первый же день расквартирования развернул лицом к стене. Никакого желания любоваться на человека, по вине которого убили почти всех его друзей, у него не было.
Возможно, здесь раньше тоже жил маг, но свои хозяйские права пока никто не предъявил. Дэйн припомнил, как вечером после взятия Родверка отыскал первую попавшуюся свободную комнату, которая была бы не обляпана кровью предыдущих владельцев, закрылся и лег спать. К тому моменту бои уже стихли, Гален решал какие-то свои, административные задачи, и помощь советника по магии ему не требовалась.
Сколько успело пройти времени, Дэйн не представлял. Сквозь щели ставен пробивался тусклый свет – то ли рассветный, то ли закатный, то ли просто погода стояла пасмурная. Хмуро пригладив взъерошенные волосы, маг прислушался к голосам снаружи.
Брок. Навеселе. С ним его шайка – извините, бравые разведчики и пехотинцы на службе лорда Эброна Галена, как они последнее время требовали себя называть, – и еще какие-то люди. Никого такого, ради кого следовало бы подскакивать с кровати. Однако маг тяжело поднялся, обнаружив, что вчера заснул, не раздевшись, и отворил дверь.
– Брок, – устало сказал он. – Тебе чего, мерзкая харя, надо?
– О, проснулся! – обрадовался бандит, отхлебнул из кувшина, который держал в левой руке, правой вытер мокрые от вина губы и хлопнул Дэйна по плечу так, что тот пошатнулся. – Ну и паршивый у тебя видок! Давай встряхивайся, друг. Мы отмечать взятие Родверка начали, тебя все заждались. Как это так – наш главный герой, и нет его! Это ты от Ниртала такую силищу получил? У тебя после вчерашнего целая когорта последователей наберется!
Он расхохотался. Дэйн, болезненно прищурившись, выглянул в узкие, по размеру не шире бойниц, окна замка. Солнце потихоньку садилось. Брок сказал «после вчерашнего», значит, прошли почти сутки. Надо бы и в самом деле пройтись по Родверку и проверить, что произошло за это время.
– Дэйн, – сухо сказал человек, который все это время стоял за дверью, преграждая путь бандитам Воловьей Головы. – Мне прогнать их?
– Райк, – маг окинул телохранителя Галена удивленным взглядом. – Ты что тут делаешь?
– Слежу, чтобы твоему крепкому сну никто не мешал.
– Тебя лорд Гален отправил? – удивился Дэйн еще больше.
– Нет, – молодой мужчина немного смутился. – У меня свободное время. Я пришел, чтобы послушать о Ниртале, но ты еще спал. Твой брат проходил мимо, он жестами объяснил, что тебя нельзя будить, иначе магические силы не восстановятся.
– Спасибо, что… посторожил, – неуверенно поблагодарил Дэйн, не зная, как ему реагировать на такую неожиданную заботу.
Во время службы в имперских войсках все плевать хотели, спит он или нет. Любой маг был всего лишь еще одним солдатом, проблемы которого волновали только его самого. Исключением были, наверное, только высшие маги, но те и жили в Корсуле, поближе к императору, а не болтались на окраине страны.
– Я уже проснулся, и мои силы более-менее восстановились, – сказал Дэйн Райку. – Ты волен идти куда хочешь.
– В свободное время от обязанностей я буду сопровождать тебя, – спокойно ответил тот. – Это мой выбор.
– Э, да у тебя почти личный телохранитель появился! – Брок снова весело хлопнул товарища по плечу, заставив Дэйна поморщиться.
Гален-то как будет счастлив, что его гвардейцы перебегают к его же советнику.
– Ты не видел Эйда?
– Видел, конечно. Он с нами был, потом подцепил какую-то девку. Ах да, чуть не забыл! – спохватился разбойник и оглушительно свистнул.