Так ведь? Он предпочел убедить себя в том, что так.
Да и в жизни Трин не хихикала бы. Какой все-таки глупый сон.
Арн последний раз отмахнулся от нелепого видения и поднялся с кровати. Спать больше не хотелось, да и дел хватало, а за окнами уже занимался рассвет. Трин просила нюхача сопровождать ее сегодня в библиотеку, но перед этим он хотел сделать еще кое-что.
Приведя себя в порядок, первым делом нюхач сбегал к Берану. Однако сонный, взъерошенный мальчишка отказался от ежедневной тренировки, сославшись на то, что будет сегодня практиковаться в заклинаниях. Арн уже подумывал, не вытащить ли его во двор силком, но запах Берана хоть и выдавал желание подольше поваляться в постели, а все же свидетельствовал, что по поводу колдовской практики мальчишка не врет. Поэтому нюхач оставил его в покое и помахал мечом во дворе сам – лениво, так, чтобы не ныли залеченные вчера целителем ребра.
Вскоре дворец стал наполняться служащими посольства, которые готовились к началу рабочего дня. Затем показался и Хараний – пузатый посол не стремился ограничивать себя в таких простых человеческих удовольствиях, как вкусная еда или долгий утренний сон. Арн сразу же отложил меч и направился к послу, задержавшись только для того, чтобы переодеться.
Встретиться с Харанием следовало как можно скорее. Арн рассчитывал попасть к нему еще вчера, но, когда они с Трин и Бераном добрались до посольства, их жизнелюбивого хозяина там уже не было. Слуги сказали, что его вызвали во Дворец собраний – нечто вроде ратуши, где заседал городской совет. Арн ждал до поздней ночи, но посол так и не появился.
Поэтому теперь нюхач торопился. Каждая минута промедления могла стоить сотен жизней.
И все равно он опоздал.
Уже подходя к двери кабинета, где работал Хараний, Арн увидел, как оттуда выходит Далл. Вчера, уже в посольстве, выяснилось, что никто из парней серьезно не пострадал. Все они, вместе с лейтенантом, удачно отбились от староверов, получив лишь несколько царапин да синяков и благополучно добрались до дворца. Далл объяснил свое исчезновение тем, что на него набросился охранник пророка, а потом Арн уже куда-то делся и искать его было не с руки. Поэтому лейтенант повихлял по улочкам квартала и в конце концов ушел через тот же мост, что и Фалант со Стефом и Хедом.
Врал он, надо признать, отменно. Арн даже не сразу это учуял. Сначала оскорбился, а потом подумал: ну а чего еще следовало ждать? Трин выделяла нортенского аристократа из всего отряда, так что ревность лейтенанта была обоснована. Вдобавок он уже попадал в переделку из-за нюхача – еще одна причина точить на него зуб. А тут и делать-то ничего не надо было, всего лишь свернуть в сторону и предоставить демону догонять соперника…
Арн, конечно, промолчал. Все равно у него было доказательств, что Далл лжет. Но обиду не проглотил – так, просто отложил на будущее.
Сейчас он безразлично кивнул лейтенанту, радуясь, что у того нет нюхаческого дара и потому Далл не может уловить лицемерие.
– Доброе утро, – ответил тот. – Не рановато для деловых визитов?
Нюхач остановился и натянуто улыбнулся.
– Хочу узнать новости о Нортене. Для этого никогда не рано.
Лейтенант с пониманием качнул головой.
– Удачи тогда.
– А ты зачем наносишь визиты в такую рань?
– Отчитывался. Мы тоже вчера не застали посла дома. Он должен знать, что у нас могут возникнуть проблемы со староверами.
– Ясно. И что он обещал сделать?
Задавая вопрос, Арн уже знал ответ. Хараний каждый божий день ныл, что ничем не может помочь императорской племяннице и лучше бы ей отправиться домой. Но запах от Далла опять исходил странный – как вчера, словно тот не вполне честен.
– Да ничего, – пожал плечами лейтенант. – Но я счел своим долгом его предупредить.
– Ясно.
– Ну, удачи, – пожелал Далл.
Он как будто совсем не почувствовал неловкость разговора. На привлекательном лице не дрогнул ни мускул, оно сохраняло такое же отстраненно-вежливое выражение, как и всегда. Когда лейтенант пошел к выходу из коридора, Арн оглянулся ему вслед, затем одернул себя и открыл дверь в приемную посла.