– Удивительно. Как может человек, одаренный подобной мощью так себя… недооценивать? Давай считать, что мы помогли друг другу. Допустим, история была такой. Колт узнал, что я тоже… поклоняюсь неправильному, с его точки зрения, богу. Он решил меня проучить, собрал друзей и застал меня во время прогулки около кладбища. Ты услышал крики… и пришел на помощь. Колт сам подписал себе смертный приговор, напав на посла государства-союзника. Твоей вины в этом нет.
– И часто вы совершенно случайно прогуливаетесь мимо кладбищ, посол? – не удержался Дэйн.
Тот продолжал учтиво улыбаться.
– Когда мне это выгодно, советник.
Маг вздохнул. Он уже догадался, что за этим последует.
– Чего вы хотите взамен?
– Только того, чтобы ты был… осмотрительнее. Ты играешь важную роль в освобождении Нортена, хотя ты сам, очевидно, так не считаешь. А мне, как представителю Шадесса, чрезвычайно интересно, чтобы ваша… маленькая затея с Галеном удалась. И я даже готов дать совершенно бесплатный совет! – посол с восторженным видом взмахнул руками.
– Какой? – без воодушевления спросил он.
– Начни думать о том, чего хочешь ты, а не бездумно выполнять приказы хозяина.
– Сдается мне, вы лезете не в свои дела, – нахмурился Дэйн.
– К сожалению, – нисколько не обидевшись на резкую реплику, мягко проговорил посол, – это дело не только очень даже мое, но и наше общее. Гален боится. Он несколько лет подступался к одному только Далерту, а благодаря вам мы уже можем всерьез нацеливаться на Линдер. И что он делает вместо этого? Сидит здесь, в глуши, обосновывая это необходимостью найти еще магов.
Дэйн уже открыл рот, но шадессец с уже начинающей раздражать улыбочкой покачал головой, останавливая его.
– Вы же не думали, что удастся это от нас утаить? Клянусь кракеном, это по меньшей мере наивно! Разумеется, и мне, и моему алкавианскому товарищу известно, что Гален потребовал найти ему еще магов, чтобы он не попадал в зависимость от нас. И я даже знаю о… затруднении, которое испытывает твой бог: он не может сделать то, о чем его просят. Поэтому он и отправил тебя сюда – возиться с мертвецами, заниматься тем, чем и положено последователю Света-во-тьме.
По плечам Дэйна прошелся холодок, и вовсе не потому, что ночи в Нортене пока еще были по-весеннему стылыми. Откуда шадессцу известны такие подробности? Вероятность того, что он каким-то образом умеет читать мысли или подслушивать разговоры с богами, пугала сильнее, чем сегодняшнее нападение, едва не закончившееся успехом для Колта.
Посол рассмеялся, увидев лицо собеседника.
– Не сомневаюсь, тебе бы очень хотелось выяснить, где я взял эти сведения, но вынужден разочаровать: не всё сразу. Пока я скажу тебе вот что: тысячу лет назад Шадесс сумел сохранить независимость от ваших богов. Наша история переписывалась не так сильно, как ваша, в угоду новым правителям. И библиотеки наши сохранили куда больше летописей и достоверных сведений о том, как правильно поклоняться старым богам. Например, Нирталу, – шадессец хитро подмигнул. – Ты и сам уже понял, что груда костей не оживет. Сколько ты на эту достаточно очевидную вещь потратил времени… два, три дня? А я мог бы рассказать тебе об этом сразу.
– Я приму к сведению, – сухо ответил Дэйн. – Еще раз спасибо, что помогли решить мою проблему с Колтом.
– Всегда пожалуйста, – посол неглубоко поклонился. – Кстати, можешь не обращаться ко мне на «вы». Как и ты, я не урожденный аристократ, а целеустремленный человек, который знает, чего хочет.
– Я тоже знаю, чего хочу. Того же, чего и мой бог. Мести.
Шадессец поцокал языком.
– Боги никогда так плоско не думают. И тебе не следует.
Он и не пытался скрыть, что намерен насадить советника по магии на свой крючок. Дэйна это раздражало, поэтому он промолчал. Послу не следовало знать, что на самом деле его собеседник и не думает настолько плоско. Пусть шадессец считает, что перед ним идиот, которым легко крутить в политических играх.
Убедившись, что продолжения разговора не будет, посол вновь поклонился, замысловато взмахнув шляпой.