Он не смог командовать. Отряд погиб из-за него. Арн смотрел на траву, покрытую кровавыми брызгами, на свои заляпанные грязью латные ботинки и не мог поднять головы. Все, кто выжил, смотрели на него и знали, что случившееся – его вина.
После этого он больше никогда ни над кем не принимал командование. И вот – на тебе.
Надо было оставить этих слуг в комнате. Так у них было бы больше шансов выжить. Кому, в самом деле, нужна простая прислуга? Да их даже не заметят.
Имперец резко остановился, прерывая мысли Арна, который чуть не сшиб его плечом. Они уже почти дошли до погреба – впереди виднелась дверь, но мужчина не двигался дальше и разглядывал лампы на стенах.
– В чем дело? – спросил нюхач.
– Господин, здесь кто-то был перед нами, совсем недавно. Так не должно быть. Мы гасим на ночь свет в этом коридоре – экономим. Но смотрите, кто-то зажег все лампы, еще и долил в некоторые свежее масло, чтобы они горели дольше. Я знаю, я сам здесь проходил на закате и проверял, все ли в порядке.
– Отойдите назад, – приказал Арн. – Я пойду первым. Увидите, что со мной что-то не так, бегите. Беран, – он оглянулся на мальчишку. Того уже не трясло, но вид у него все равно был такой зеленый, словно беднягу сейчас стошнит. – Прикроешь остальных. Сам в бой не ввязывайся.
– Да, господин.
Арн еще раз скользнул по нему взглядом. Впервые у Берана само собой выскочило обращение «господин».
Раньше-то он, наверное, считал, что ничуть не хуже старшего спутника, хотя вынужден играть роль оруженосца.
Арн медленно, стараясь ступать как можно тише, подошел к двери и рванул ее на себя, одновременно убравшись с прохода.
Расчет оказался верным. В порог, прямо под ноги Арна, ударилась молния, брызнув ослепительной вспышкой.
Но главное – запах. Арн похолодел. Та самая смесь эмоций, которую он чувствовал перед тем, как войти в Далертский замок…
В погребе их ждал Дэйн.
Слуги, ахнув, подались обратно, но их побег тут же завяз. Тем, кто стоял сзади, за чужими головами ничего не было видно – они заметили только вспышку, но не поняли, откуда она исходит. Коридор заполнился шумом, девочка на плече элантийца взвизгнула и снова захныкала.
Тем контрастнее зазвучал совершенно спокойный голос, донесшийся из помещения.
– Я знаю, что вас меньше десятка и что опасен среди вас только один – тот, что ближе всех к двери. Меня вам не одолеть. Если пришли за этим – возвращайтесь, пока я всех не испепелил. Если же вы ищете потайной ход, мешать вам не буду.
Имперец, который толкал всех назад, замер и растерянно повернул голову к погребу. За ним перестали семенить к лестнице и остальные. Арн поколебался несколько мгновений и, опустив меч, осторожно показался в проходе.
В погребе горели свечи. Перед входом, опершись на стеллаж, стоял мужчина и равнодушно разглядывал гостей.
Дэйн из воспоминания отличался от того Дэйна, который предстал перед Арном сейчас. Маг мог бы быть привлекательным, если бы не был… мертвым. На нездорово бледном, почти сером лице горели умные синие глаза. Легкие доспехи были армейскими, созданными так, чтобы не сковывать боевым магам движения, но все знаки отличия и гербы Элантия были беспощадно сорваны.
Над левой рукой мага завис огненный шар в кулак величиной. Дэйн медленно водил пальцами по кругу, заставляя пылающую сферу крутиться. Но внимание Арна привлекло не механическое, меланхоличное движение, а то, что с кисти кое-где отвалилась плоть, обнажая желтоватые кости. Мага это не беспокоило – он казался даже не столько спокойным, сколько безмятежным.
– Слуги, – заключил он, оглядывая людей за спиной Арна. – Я ничего не имею против слуг. Выход вон там. Если вас спросят, как вы выбрались из замка, вы меня не видели. Я вас – тоже.