Нюхач покосился на него.
– Ну да. Как очень большие и злые белки, которые придут мстить, если узнают, что кто-то поковырялся в их дупле. Трин, я понимаю, что родственнице императора и его посланнице в одном лице важнее общеимперские проблемы, например найти одинокого строителя безобидных святилищ древнему богу. Но урхаты в тонкости вникать не будут. Они увидят, что их хранилище потревожено, вспомнят, что здесь проходили нортенцы, и пойдут разорять ближайшую нортенскую деревню, потому что мы все для них на одно лицо. Ты уверена, что этот риск действительно необходим?
– Да, – сухо ответила она.
– Ясно, – таким же тоном ответил тот, отвернувшись и сделав вид, будто изучает валун.
Арн был недоволен ее решением. Это было заметно и по его словам, в которых прорвалась насмешка над их задачей. Он не верил, что их поход важен, и как Трин ни билась в попытках объяснить, что если пантеоны начнут войну, то кровью умоется и Нортен, все оставалось бесполезно.
Иногда Трин даже завидовала таким людям, как Арн. Он не был глуп, совсем нет, но он видел происходящее так… близоруко. Вряд ли он хоть раз в жизни мучился бессонницей из-за размышлений о том, какие могут быть глобальные последствия у его поступков.
Хотя, возможно, на самом деле ему не нравилось, что им командует женщина. В закостенелых обычаях нортенцев мужчины всегда стояли на первом месте, а женщины им подчинялись. Трин поколебалась мгновение, не заставить ли Далла повторить ее доводы, а потом посмотреть, как это воспримет Арн, но передумала.
Она не будет прогибаться ради одного выскочки. Остальные, включая Берана, к ее приказам относятся с должным уважением. А Арну придется смириться.
22.2
– Человек, которого мы ищем, опасен, – повторила она то, что и так говорила, кажется, сотню раз. – Он пробудил Ниртала, тот в свою очередь дал силу двум братьям, которые с легкостью плевка уничтожили уже две крепости. Если проснется еще десяток богов и каждый из них создаст своих Дэйна и Эйда, умрут тысячи, миллионы людей. Я готова рискнуть одной нортенской деревней, чтобы это предотвратить, и беру на себя всю ответственность. А теперь хватит стоять без дела, двигайте уже наконец этот треклятый камень!
Мужчины уперлись ладонями в валун и напрягли мускулы. Даже худенький Беран, которого Арн не пойми зачем повсюду таскал за собой, присоседился к Даллу со Стефом и запыхтел наряду с ними, толкая тяжесть.
С первого раза сдвинуть камень не получилось. Трин уже начала сомневаться в собственном предчувствии, говорившем, что в скале спрятано древнее святилище Ниртала. Путник, которого они искали, был один, если не считать убитого мальчика. Если только он не воспользовался магией, то не смог бы открыть вход. Скорее всего, здесь действительно склад урхатов, и скоро одна из нортенских деревень близ границы пострадает совершенно зря.
Глядя, как мужчины краснеют от натуги, а проклятый камень преспокойно стоит на месте и как будто даже усмехается над ними, Трин была готова отдать команду бросить это гиблое дело, когда на краю зрения что-то мелькнуло. Она лишь сейчас осознала, что Арн не принимает участия в толкании валуна. Нюхач стоял сбоку и вообще не смотрел в ту сторону, хотя с ним бы дело точно пошло быстрее и легче.
Неужели ему настолько претят ее приказы, что он решил их игнорировать?
– Арн… – сурово начала она.
– Поднять щиты! – внезапно заорал он, прыгая к ней.
Перед лицом Трин пронеслось окованный железом треугольник щита. Она вскрикнула, когда на уровне ее груди в дерево воткнулась стрела.
Сердце заколотилось. Если бы не Арн… Если бы не его чутье…
Рядом просвистело еще несколько стрел. Одна ударилась о скалу возле взвизгнувшей Веты и сломалась, другая пронеслась на расстоянии ладони от Далла, и то потому, что он наклонился за щитом сразу после предупреждения нюхача. Остальные ушли совсем в «молоко». Однако Трин знала, что расслабляться нельзя – это лишь первый залп. А сколько их еще впереди?
– Прячьтесь за лошадьми! – приказала она.
– Фалант! – рявкнул Далл.
Пока гвардейцы прикрывали остальных щитами и отступали за лошадей, которых было не настолько жаль терять, как людей, маг уже бормотал заклинание. Он всего за вздох должен был определить, где засели враги, и собрать достаточное количество колдовской энергии, чтобы сбить им следующую атаку. Рассчитывать, что после сырого утра на голых скалах удастся что-то поджечь, не приходилось, поэтому Фалант в лучшем случае выиграл бы для отряда несколько мгновений.