Кто-то над кем-то смеётся, и хорошо, что этот «кто-то» хоть когда-то не я. С задней парты пускают самолётики. Девицы сидят, упершись в глянцевые журналы и ничего не видят и не слышат.
«Скорее бы отсюда уйти», — прошептал я и, зевнув, прилёг на парту. На меня обратила свой колючий взор учительница. Влип? Да нет. Гневные слова проходили сквозь меня, а драные белые обои с розовыми цветочками начинали казаться весьма симпатичными. Эта женщина заставляла меня чувствовать себя нехорошо.
— …Ни стыда ни совести! Перед вами тут распинаешься, а вы!..
Мне казалось, что мы ищем то, не знаем что. Ну Белка. Ну была такая. Ну девочка. Ну сумасшедшая. Неприятно, немного жутко и у тебя под боком — но не более. Да, мы расследовали. Но что именно?..
— …Выйди из класса! — гневно взвизгнула учительница.
Я пожал плечами и вышел. Выплыл, как приведение из зеркала. Будь это пару лет назад, у меня бы сердце разорвалось, а сейчас же было просто всё равно. Экзамены были позади, с них уже успел пройти почти целый год, и после них было уже ничего не страшно.
После истории у нас должно было быть ещё два урока, но я бодрым шагом направился в сторону раздевалки. Я же имею полное право чего-то не делать, если не хочу. Так говорил Макарыч в своих вдохновленных акцией на пиво в местном ларьке речах, когда я начинал рассказывать о том, как у меня всё плохо. И ведь и правда: всё было в моих руках, а жизнь мало чем отличалась от компьютерной игры, где я могу ходить по миру и делать то, что захочу. Ну вот, собственно, я не хотел доучиваться этот день, но и получать по шее от тёти Любы за то, что рано пришел, тоже не хотелось, а потому, быстро бросив куртку в рюкзак — наступила весна и днём было совсем тепло, — я отправился в сторону дома Сани. Я не уверен был, сколько у него было уроков, но точно меньше, чем у меня.
***
— Са-а-аша-а-а! — что есть мочи завопил я, как пожарная сирена, встав под окнами квартиры своего товарища. На телефон он почти никогда не отвечал, а домофон работал плохо, да и как-то стеснялся я говорить с его отцом — по своему опыту с бабушкой и тётей Любой мне казалось, что и майор Калистов был не лучшего обо мне мнения, да и объективно Саня, в отличие от меня, выглядел хорошим и спокойным мальчиком.
Ответа не последовало.
— СА-А-А-А-А-АША-А-А-А-А!!! — крикнул я ещё громче и тут же закашлялся.
Вдруг распахнулось окно первого этажа и оттуда высунулась рыжая-прерыжая девочка, на вид первоклассница или чуть старше.
— Август! — радостно воскликнула она. Это была Изольда, младшая сестра Сани.
— Привет, — ответил я и махнул рукой, — Саня дома?
— Нет, он в магазин пошел за хлебом. Ты пока заходи, я тебе чай налью!
— А ты одна? — боязливо поинтересовался я.
Девочка кивнула и, указав мне рукой в сторону подъездов, убежала открывать мне дверь. Саня частенько жаловался на то, что его сестра проявляет чрезмерное дружелюбие, и, исходя из того, что она пошла открывать дверь какому-то странному десятикласснику, можно было сделать вывод, что друг мой не преувеличивал и это правда может быть опасным. Вот только что делать мне в этой ситуации — я не знал.
***
Саша шел домой из магазина, надев наушники и о чём-то печально думая. Нужно было и Олю накормить, и отцу оставить еды к его возвращению, но Изольда не ела мясо, а отец не считал блюдо без него полноценной едой, а ещё у него была аллергия на апельсины и некоторые сорта помидоров… Саня не умел рационализировать информацию в привычном смысле этих слов, а потому и с математикой справлялся скверно, чего не скажешь о домашнем хозяйстве, в котором он ухищрялся выдумывать такое, что любой взрослый позавидовал бы. Хотя, человека в шестнадцать лет вполне уже можно было считать взрослым — одногодки Сани уже водили машину, работали и даже воспитывали детей.
Проходя мимо одного из аккуратных панельных домов, скрытого в лиственной зелени и белизне цветущих яблонь, он услышал негромкий раздосадованный вскрик. Обернувшись в сторону звука, Саня увидел девушку лет двадцати с небольшим, свесившуюся из окна первого этажа. Она, едва ли не со слезами, пыталась достать упавший с подоконника цветок в горшке.
Саша, поставив сумки с продуктами на скамейку возле подъезда, поспешил туда. Бросив что-то в духе «давайте помогу», он поднял несчастное растение и посмотрел на девушку.
— Спасибо Вам большое! — мило улыбнулась она, спешно вытирая слёзы платком, — он бы остался лежать здесь навсегда, если бы не Вы.
— Не за что, — улыбнулся Саня в ответ, и собрался уже было уходить, не обращая внимания на странность формулировки слов собеседницы.