— Не веришь что ли? — прищурилась Варя.
— Честно — не верю. Отец мне всегда всё рассказывал.
— Он тут вот вообще не при чём, — хмыкнула Варя, — по мамке — говорю же. Рыжая такая, как ты, только глазёнки чёрные. Её мать твоя в детдом сдала.
— Варь, хватит, — огрызнулся Саня. Он никогда не говорил ничего про свою мать, и, кажется, я начинал понимать, почему. Я бы тоже о таком не рассказывал.
— Эх, ну ладно, как хочешь, моё дело — поделиться, твоё — взять или не взять.
Мы минут пять сидели молча.
— Скучно тут конечно… — протянул я, останавливая качели. Начинала кружиться голова.
— Скучно? Да ну, не ври! — хохотнула Варя. Это вам, городским, скучно, а нам — веселье ого-го! Вот например, Санько, ты что сейчас делал?
— Как что? Ничего. Ты сама видела, мы просто так сидели!
— Какие же вы способные, а! Просто так сидеть! — с Варей было общаться довольно неприятно. Она постоянно пыталась нас то ли пристыдить, то ли унизить. Или мне просто казалось, — а я узоры разглядываю, — она указала на свою юбку, пёструю, как ковёр в доме у тёти Зины.
— Разглядывать узоры? — я даже не посмотрел в её сторону, — скукота! Саня, а пошли домой.
— Можно и не узоры — пожалуйста, если не боитесь, — девочка ехидно прищурилась, что-то задумав. Мы с Саней кивнули.
***
Подождав, пока Варя сходит за заначкой, адрес и содержимое которой нам были неизвестны, мы отправились на поле. Знакомая тропа — мы по ней ходили к Симону. Симон… Вся эта история с людьми, поедающими землю, оказалась… Намного проще?
Наконец Варя достала из кармана передника двух цветастых жаб и протянула нам.
— Оближи, — невозмутимо, будто это было обычным делом, сказала Варя, указывая на жабу в моих руках.
— В смысле?
— Да в прямом, шож вы такие тупые! Ля, берёшь жабу, подносишь ко рту, высовываешь язык и…
— Нет, нет, мы поняли, — задумчиво проворчал Саня, — зачем нам жабу лизать? Они же грязные.
Варя закатила глаза и раздраженно покачала головой.
— Весело будет, обещаю, вот те глаз, крест и всё что хочешь! Главное это в поле делать, а то может быть опасно. Ну или увидит кто — люлей отхватим.
— Ну… Чего мы только не делали в своей жизни…
— Давай, дедуля. Хуже не будет, вы с Сентябрём уже в полной жопе.
***
— Где это мы?
— Варя же сказала… — проворчал Саня, — в ж…
Не успел Саня договорить, как я, сам от себя не ожидая, пронзительно завизжал. В паре сантиметров от моих ног отвалился огромный кусок земли и я понял, что мы стоим на краю обрыва.
— Откуда оно здесь?! — слишком очевидный вопрос. Вокруг раздавалась приглушенная электронная музыка, и всё вокруг… Как на киноплёнке. Обстановка в принципе очень напоминала ту, которую мы видели в фильме в доме культуры.
— Это вроде как… Сон? — заключил Саня, — но почему мы тогда можем общаться и где Варя?
— Она не лизала жабу, — «лизала жабу» — уже звучит по-идиотски! И почему мы опять согласились на такую подозрительную авантюру? Я-то ладно, а Санька куда?
— О, смотри, — Саня поднял глаза и увидел тарзанку, привязанную к высоченной сосне, — прокатимся?
Рыжий сломал ветку у ближайшего дерева и зацепил веревку.
— Кто первый? — чуть неуверенно спросил я.
— Оба, — Саня всем весом налег на тарзанку, проверяя, крепко ли првязанна.
— Это как? — удивился я.
— Вставай спиной к обрыву, — я повернулся, — хватайся у основания, — палка оказалась какой-то слишком гладкой, а обрыв — высоким.
— Может не надо?
Не успел я спросить, как оказался лицом к лицу с Саней, пока земля резко ушла из-под ног.
Мы прыгнули и полетели, аж дух захватывало. Ветер выл, ладони некстати потели. Мы долетели до самой высокой точки и зависли, как вдруг верёвка оборвалась. Мы даже крикнуть не успели. Я чувствовал то же самое, как тогда, когда мы с Саней ходили по чердаку дома Алевтины.
В один момент всё перестало лететь и кружиться, но ни боли от удара, ни чего-то ещё я не почувствовал. Открыв глаза мы обнаружили, что стоим в прогоревшем доме. Я подлез под переломленное бревно и посмотрел в окно. Тот же обрыв, только с другой стороны. Очень странно.
— Сань, ты здесь? — позвал я.
— Ага! — как-то слишком обрадовано отозвался мой товарищ из-за стенки, — иди ко мне, только медленно.
Я послушно пошёл на голос и вдруг услышал, как в соседней комнате что-то падает.
— Чёрт, убежала! — крикнул Саня, смотря в сторону дыры в стене. Я в три прыжка оказался рядом и уставился.
— Что там?
— Лошадь.
Я почесал ухо. Правда?
— Лошадь? — переспросил я.
— Ага. Рыжая в пятнышко.
— Не шутишь?
— Да не шучу я!