Двадцать минут — и вдалеке уже виднелась железная дорога. Чего таить — я был безгранично счастлив, что мы уезжаем. Не то, что не отдохнул за это лето — устал ещё больше.
Как только я было хотел открыть рот и поторопить Саню, потому что со стороны депо зашевелилось что-то большое и железное, на нашем пути снова появилась Варя. Нет, она точно за нами следила!
— О, а мы как раз прощаться с тобой хотели, — Саня был настроен дружелюбно, — ещё переживали, что больше не увидимся.
Варя рассмеялась. Мы замерли в недоумении.
— Не увидимся? Ну ты, Санько, конечно дал!
— Почему ты всё время смеёшься, когда мы говорим, что домой едем? — я раздраженно нахмурился и сделал шаг вперёд.
— Да потому что вы не уедете! Ну тупые, ну тупые!
— Почему?! — не унимался я. Чувствовал, ещё одно слово не по делу — и я ей врежу, даже не посмотрев, что она девочка.
— Сидите ровно, вам же лучше будет! Здесь все на своём месте, у каждого дело есть! Дядек с фонарями видели? В такие только слепых берут, у них нюх, как у псов! Идите домой, вас тётя Зина ждёт!
— Дай пройти! — раздраженно огрызнулся я, напирая на девочку.
— Я ж вам ещё тогда сказала — никуда вы отсюда не уедете!
— Да замолчите оба, мы опаздываем! — рыжий схватил меня за воротник и дернул на себя.
— Не уедете, не уедете! — злобно смеялась Варя, как заколдованная, согнувшись пополам и подрагивая. Это выглядело так страшно, что даже мой товарищ притих.
— А поезд? — встревожено спросил Саня, то и дело поглядывая на часы. Время было на исходе. Приехали мы сюда ровно неделю назад без двадцати десять утра и я был наверняка уверен, что что-то да и приедет, что как-нибудь нас и довезут.
— Так это… — Варя смачно шмыгнула носом и сплюнула себе под ноги, — обманули вас. Он раз в три месяца ходит.
Мы обронили чемоданы там, где стояли.
***
Варя куда-то убежала, судя по всему, играть со своими. Я, не находя себе места, нервно мусолил язычок молнии на куртке.
— И что теперь? — дрожащим голосом спросил я, во все глаза глядя на Саню. Он точно знает, что делать, он, как никак, здесь вырос.
— Что-что… — нервно передразнил Саня, едва ли не теряя самообладание, — не знаю я! Не знаю!
— Ну мы же как-то сюда приехали! — всплеснул руками я.
— Помнишь, что Николай говорил? Это может и не сказки вовсе! Здесь всегда проблемы с транспортом были, сколько себя помню. По пять часов объявленный поезд с отцом ждали, когда в соседнее поселение ездили.
— Так у нас же билеты есть. Покажем на станции — там нас сориентируют.
— Не понимаешь ты, не понимаешь! Тут всё не как там, — Саня махнул рукой в сторону столицы, — тут — другая жизнь. Станционный смотритель обслуживает машины, с ним нельзя заговаривать, он всё равно не знает. Здесь половина — бывшие зэки, кто-то вообще из заполярных народов и нашу речь не понимают, здесь никогда даже…
Монолог Сани неожиданно прервался. Вдалеке показался чей-то бегущий силуэт.
— Ребятки! Ребятки! — знакомый голос. Я напряг глаза и всмотрелся в туман. К нам приближался Симон.
— Тебе же нельзя сюда ходить! — воскликнул Саня, судорожно хватаясь за чемоданы, будто у нас ещё была надежда уехать. Я понимал, что не было. И, что страшно, я даже был не против.
— Можно, ребятки, можно, сейчас люди на заводе, дети в школе, а старушки по домам сидят!
— С чем ты? — по-хозяйски поинтересовался Саша, чуть испуганно глядя на Симона. Всё шло не по плану, раз уж даже он решил нарушить свой привычный уклад жизни.
— Я знаю, как вам уехать отсюда! Девочка наврала — ходят здесь поезда, только вас туда никто не пустит. Видели фонарщиков? Они вас чуть что за шкирку — и в Сельсовет, тогда уж точно уже не вернётесь.
— Ну так что, что? — не унимался Саня.
— Айда со мной, я вам всё покажу.
Мы бежали по песчаным тропам, по колотому бетону, по степи. По левую руку была железная дорога; как сказал Саня, мы двигались в сторону локомотивного депо.
Симон вдруг остановился.
— А куда мы бежим вообще? — спросил я, плюхаясь на жухлую траву.
— Есть штукенция такая… — произнёс Симон, пытаясь отдышаться, — бесова пустынь.
— Так это же в этих, — перебил я. Время не ждало, — Лабытнангах… Лабытнаге… С нами в поезде какой-то человек ехал и про всё это рассказывал… И про какой-то троянский поезд, и про то, что мы едем на нём.
— Зачем вы с ним говорили?! — воскликнул Симон, — он вас как пить дать путает, это ж призрачный попутчик!
— Как это призрачный? — удивился Саня, — он был вполне… Настоящий.
— Та как же это настоящий! — сокрушался знахарь, — он ж черно-белый как газета!
Саня поперхнулся компотом из походной фляги. Мы удивлённо переглянулись.