— Тебе должно быть стыдно, пятнадцатый! — мне правда стало стыдно, хотя я не был виноват, — садись на место, ты не достоин отвечать. Ответит восьмая.
Я бросил мелок на стол и быстрым семенящим шагом поспешил сесть обратно за парту. Тем временем меня сменила… Варя? Она же говорила, что болеет! Я замер, обернувшись, прямо в проходе.
— Пятнадцатый, у тебя проблемы? — раздраженно спросила Татьяна Васильевна.
— Н-нет… — промямлил я.
— Уходи, — шепнул какой-то тощий мальчик, дёрнув меня за рукав, — просто вставай и уходи, не спрашивая, ничего тебе не будет.
Я не знал, можно ли ему верить. День превращался в кошмар наяву, и всё на ровном месте! Неужели я настолько никчёмный, что даже в школу спокойно сходить не могу?!
В какой-то момент я отошел от ступора и начал собирать вещи.
«…Дательный, винительный, творительный…» — слова Вари отзывались в голове каким-то смеющимся гулом. Мне было действительно плохо, но медпункта здесь, судя по всему, не было, а потому, покидав в злосчастный портфель с цветочком всё, что только было на парте, я побежал к выходу. За мгновение до того, как я коснулся дверной ручки, мне померещилось, что меня грубо окликнули. Странная школа. Липкая, противная, как во сне, который всё никак не прекратится!
Выскочил. Захлопнул дверь класса. Успел. Я тяжело выдохнул и упёрся лбом в дощатую стену, пытаясь вспомнить, как идти домой. Налево, прямо, вокруг водонапорной башни, потом на дорожку… Нет, не то! Сначала прямо, а только потом налево? Или направо? Святые ёжики, я точно помнил, где я живу! Я держал это в голове добрые пару дней! Может, не башня, а колодец?!
Точно, колодец! Он был главным ориентиром на пути к моему дому. Я отлип от стены и посмотрел напротив себя.
«Зеркало!» — подумал я и хотел было поправить растрепавшиеся волосы, но зеркало махнуло рукой, моргнуло слепыми глазёнками и страшно оскалилось. Сердце мгновенно ушло в пятки. Я глухо вскрикнул и снова повернулся лицом к стене, закрыв голову руками, и затрясся. Он пропадёт. Он пропадёт, если я не буду смотреть!
Когда я снова повернулся, то обнаружил на противоположной стене вполне обыкновенное окно, сквозь которое было видно никак не догорающий день и ночь закат. А сколько вообще прошло времени?..
Почти бегом я выскочил на улицу и побрёл по полю куда глаза глядят, пока на горизонте не показалось что-то чёрное, как сплошная обожженная стена. На опушке леса стоял одинокий старый колодец домиком. Точно, вот оно.
Я обошел его вокруг два раза и задумался. Куда дальше?..
Нужно было вспомнить всё, что я знаю про колодцы. Перед колодцами раскаиваются, так говорила бабушка. Оттуда берут воду, чтобы попить. Туда иногда плюют. Может плюнуть?..
И положил портфель на жухлую траву и пару раз обежал вокруг колодца. С неба доносился какой-то тревожный высокий гул, а где-то в лесу, который был просто какими-то лысыми чёрными палками, что-то заскрежетало и захрустело. А я один. А впереди огромное-огромное безжизненное поле, даже школы не видно, а вокруг — ночь-день. Я не знал, где я, и сколько вообще времени, но страшно почему-то не было.
Ещё немного пошатавшись туда-сюда, я начал вспоминать. Варя рассказывала, что с колодцами можно общаться, сказав пару ключевых слов. Я почесал голову и, чуть помявшись, открыл крышку. Темным-темно, дна не видно, даже ничего внизу не плещется. А вот у меня по телу будто текла холодная-холодная вода.
— В колодце светит солнышко! — прокричал я в чёрную пустоту и замер. Минута. Пять. Двадцать. Нет, мне там не поверили: всё ещё темно. А вдалеке кажется ехал поезд.
Я закрыл крышку. Открыл. Ничего не произошло, только голова кружилась ещё сильнее, когда смотришь вниз. И страсть как хочется рассмотреть дно поближе.
Нет. Нет-нет-нет-нет-нет! Так нельзя. Так я проиграю. Нужен новый ход. С закрытыми глазами распахнув крышку, я медленно опустился на землю, разглядывая цветные чёрточки, летающие перед глазами на фоне тусклого неба. «Цветные чёрточки»… Может я просто болен?
— «Заяц бегал, заяц прыгал, заяц храбрый,
А потом
Полетел в колодец он!» — проговорил я в никуда и огляделся. Эту частушку придумала Таня, я это хорошо помнил. Она мне сначала жутко не понравилась, но потом так врезалась в память, что пришлось полюбить, чтобы не свихнуться.
Ничего не происходило, как нарочно, как бы я не верил в то, что делаю. Может, меня просто не слышат?
Я нашёл под ногами камень и, не подходя близко, бросил в колодец. И ничего. Даже малейшего шороха, не говоря о всплеске. Я кинул ещё. Полегче, потяжелее — никаких результатов.
— В ко-лод-це све-тит сол-ныш-ко!!! — прокричал я что было духу и сжал кулаки. Мне только что показалось, что и гул, и звук поезда исходил из колодца. Я подбежал и посмотрел вниз. Поезд? Там? Но нет же, всё черно! Стоило мне наклониться ниже, как земля резко начала выходить из-под ног, а всё тело перевесило куда-то вперёд. Меня хватала чернота, я готов был разрыдаться как ребёнок, думал, что сейчас будет снова больно, но…