Мастер-магистр принял Диори в рабочем кабинете. Помимо секретаря, присутствовал один из помощников – причём явно высокого ранга, потому что мужчина сидел в гостевом кресле, а не стоял. Да и самого шпиона пригласили расположиться во втором гостевом кресле. Затем начался допрос… И Диори порадовался своей привычке даже самую незначительную информацию сортировать для доклада заранее. Хозяин выспрашивал всё, от того, как Диори нашёл столь ценного свидетеля, до мельчайших деталей увиденного в дороге и по ту сторону гор. Хотя, например, зачем мастер-магистру знать характер растительности и соотношение лиственных-хвойных деревьев в предгорьях, Диори не понимал совершенно.
Едва отзвучал последний ответ, всё звуки пропали, а кабинет погрузился в дымку. Шпион почувствовал, как его окутала магический полог. Это тоже было хорошим знаком. Из-за искажений, слов по губам не разобрать, но похоже, что обсуждали именно его – а раз Диори на время разговора не выгнали, значит, шансы у него… Додумать мысль шпион не успел, завеса исчезла. И зазвучал голос мастер-магистра.
– Поздравляю. Вы проделали замечательную работу. И не побоюсь сказать – кроме вас это оказалось никому не под силу. Остальные погибли. Потому я предлагаю вам поступить на службу лично ко мне. Но предупреждаю сразу – пока не докажете, что я могу вам доверять, я повешу особое заклятье. И если надумаете меня предать – найду даже в чертогах Кайны.
– Согласен и отдаю свою жизнь в ваши руки.
Диори не раздумывал ни мгновения. Такой шанс выпадает раз в жизни. И можно поклясться хоть Пресветлой Кайной, хоть Рыжим Эбрелом: через пятнадцать-двадцать лет он будет вот так же сидеть в кресле рядом с Хозяином на правах ближайшего помощника. А заклятье… И этот вариант предусмотрен. Шею на мгновение сдавило, обожгло лентой фиолетового огня, в груди кольнуло. Только то, что Диори ещё сидел в кресле, не дало ему упасть. Насколько он разбирался в подобных заклятиях, болеть и мутить будет ещё несколько дней, не меньше, да и ошейник… Пусть его не видно, всё равно знаешь, что он есть. Но это ерундовая плата за перстень с личным оттиском самого главы Великого синклита.
– Идите. Даю вам месяц отдыха.
Дом в городе при замке мастер-магистра, где квартировал отряд, встретил Диори тишиной. И хотя именно этого он ждал, знал – так и случится, сердце всё равно нехорошо кольнуло. Угадал он и то, что останется дожидаться его именно Хромой.
– Ты принял предложение? – о том, предлагали ли вообще Диори поступить на службу, старый друг не спрашивал. В этом он был уверен, как и остальные в отряде.
– Да.
– Тогда ты нас поймёшь. Близко к огню власти – можно спалить себе крылья. Нам хватит и того, что мы получили с этого дела. Но если лично тебе понадобится помощь – свистни, командир. Мы придём.
Хромой ушёл, а Диори захотелось выть. Даже для Хромого он больше не друг. Знал, что за власть будет именно такая цена. Был готов заплатить… Но не представлял, что ему всё равно станет настолько плохо вот от этого: «Командир». Диори отыскал в доме медицинского спирта – уходя, запасы отряда товарищи не тронули. Плеснул в кружку, выпил, и ничего не почувствовал. Словно глотнул воды.
И Диори позволил себе расслабиться. Раз уж цена заплачена и прошлого не вернуть. Едва прошла вялость, и ослабли неприятные ощущения от заклятия мастер-магистра, Диори тут же сел перебирать стопку карточек-приглашений, которые ему нанесли за последние дни. Нигде и никаких официальных указов мастер-магистр не издавал, но умные люди уже прознали, что «вот этот человек» вошёл пусть пока в дальний круг, но в свиту самого Хозяина. И получил перстень с его оттиском. К такому новому слуге мастер-магистра стоит присмотреться заранее.
Первым Диори нанёс визит к бургомистру. Это было и полезно на будущее, и хорошо вписывалось в неписаные правила и табели о рангах. Гостей на крыльце дома встречал лакей, тут же вёл к заранее назначенному месту возле стола в трапезной. Рассаживали гостей на скамьях, окружающих стол, по степеням знатности и значимости – Диори пока усадили не возле устроителя пира, но и не в конце, а чуть ближе середины. Как только все гости собрались, загремели рога, призывая к парадному обеду, в залу вошли прислужники. В руках у каждого кувшины с водой умыть гостям руки, на шеях висели полотенца.