Видимо, основательница «Картакса» знает что-то неизвестное мне.
– Агнес! – бросаясь к двери, кричу я.
Но она уже ушла. И хотя я ей совершенно не доверяю, ей явно известно намного больше, чем мне. О том, что вакцина не сработает, о моем коде, обо всем. Последний штамм вируса, вырвавшийся на свободу, убивал своих жертв за несколько дней. Так что вряд ли у меня в запасе много времени, чтобы исправить все своими силами.
– Агнес, подожди!
Я добираюсь до стальной двери лаборатории. Она заперта, и мне приходится потратить несколько драгоценных секунд, чтобы взломать замок и открыть дверь. Я выбегаю на лестничную клетку, стараясь побороть головокружение. Ступеньки до сих пор завалены кусками бетона и перьями, которые скользят под моими ботинками, пока я бегу к перилам, выходящим в парк.
– Вернись, черт побери!
Но ее нигде нет. Ни одного седого волоска не видно в толпе. Но она должна быть здесь. Видимо, это часть ее плана, как заставить меня примкнуть к ней. Уверена, она вернется и покажет мне, как это исправить. Даст мне настоящую вакцину.
Или, возможно, Агнес говорила правду – она хочет, чтобы я приползла к ней на коленях и умоляла спасти меня. Нужно срочно выяснить, где она.
Сдерживая слезы, я поднимаюсь по лестнице и бегу обратно в лабораторию. Волна жара проносится по коже, а плечо начинает зудеть в том месте, куда попал снаряд «Скорпиона». Предупреждение о заражении вспыхивает вновь, но теперь оно сопровождается сообщением о возникновении лихорадки в ближайшие несколько часов. А значит, я начну бредить. И вскоре, даже если мне удастся выяснить, где Агнес, мне все равно не удастся до нее добраться.
Я даже не уверена, что стала бы делать, найдя ее – позволила бы исправить «Панацею» и вылечить меня или помешала бы ей воспользоваться кодом, чтобы захватить мир.
На лестнице раздаются шаги.
– Цзюнь Бэй? – зовет Мато.
– Мато! Я здесь! – кричу в ответ я, и облегчение захлестывает меня.
Мато появляется в дверях, и его глаза расширяются, когда он замечает брызги крови на шкафах и мертвого «Скорпиона» на полу.
– Что случилось? Кто это сделал? – спрашивает он, и его маска начинает мерцать.
Уверена, он подготовил «Косу», чтобы направить ее на моего обидчика.
– Гадюка, – говорю я. – Это Агнес, та старуха, что стреляла в тебя.
Мато оглядывается по сторонам, и его маска вспыхивает вновь, когда он посылает импульс.
– Она не могла уйти далеко.
– Нет, она уже скрылась. Но у нас есть проблема посерьезнее, Мато. Я ошиблась… «Панацея» не готова, и я не знаю, как это исправить.
Он вновь смотрит на меня, а затем шагает ко мне через комнату.
– С чего ты это взяла?
– Потому что «Скорпион» выстрелил в меня гранулой с нанитами, которые взломали мою панель и заразили гидрой.
Слова повисают в тишине, воцарившейся в комнате. Мато смотрит на меня сверху вниз, а его лицо бледнеет.
– Нет, – шепчет он.
– Мне очень жаль. Я думала, что Леобен ключ к разгадке, но ошиблась.
– Ты знаешь, как исправить код?
Я качаю головой:
– Понятия не имею… Но Агнес сказала, что ей нужна ДНК Катарины.
Мато тянется к моему плечу.
– Мы что-нибудь придумаем. В твоем теле все еще есть ее ДНК. Мы сможем все исправить.
– Но у меня осталось на это не так много времени. Я даже не знаю, с чего начать, к тому же чувствую, что скоро наступит первая стадия заражения. Как только начнется лихорадка, я не смогу кодировать.
– Я буду кодировать за тебя, – успокаивает меня Мато. – Мы со всем разберемся. Только пришли мне исходный код «Панацеи».
– Не уверена, что у нас есть время что-то выяснять, – говорю я. – Агнес планирует использовать «Панацею», чтобы контролировать разум людей. Мы должны остановить ее. Она превращает код в оружие.
– Тогда мы должны ударить первыми. И сделать это как можно быстрее, – настаивает Мато. – Я подготовил сеть. Думаю, пришло время загрузить код на панели людей. Пришли мне его… и я сделаю это за тебя.
Сомнения вновь просыпаются внутри меня. Мато уже во второй раз просит отдать ему исходный код «Панацеи». Я переминаюсь с ноги на ногу от беспокойства и вглядываюсь в его лицо, но тут снаружи раздаются голоса, и он отворачивается. На лестничную площадку перед дверью вбегает Руз с искаженным от ярости лицом. Видимо, он сбежал из «Картакса» вместе с Рейн и другими генхакерами. Его глаза устремлены прямо на меня, когда он переступает порог и заходит в лабораторию.
– И у тебя хватило наглости вернуться сюда после всего, что ты натворила, Цзюнь Бэй?
– Убирайся отсюда, – ледяным голосом говорит Мато, закрывая меня собой. – Сейчас не лучшее время для этого.