Призраки в шоке переглянулись:
- Но так ведь только с сервами* обращаются? Тебя что, в рабство им отдали?
- Нет. Дамблдор надеялся на Защиту Крови. Моя мама отдала за меня свою жизнь, и в доме её сестры, я, теоретически, должен был быть в безопасности. Вы видели эту «безопасность»?
- А родственники отца?
- Насколько я знаю, никого в живых не осталось.
- Мда. Но мы отвлеклись. Веди сюда Северуса, я ему всё объясню.
«Объяснение» вышло в стиле Кошмаров Подземельских, эти двое друг друга стоили. Гарри с Риком даже иногда отвлекались от разработки нового заклятия, чтобы посмотреть на «представление». В общем, к концу дня стало ясно, что «ничего не ясно». Для того, чтобы предотвратить то, что затевает Воландеморт было необходимо: во-первых – просмотреть его источник информации; во-вторых – знать, кто будет варить для него эти зелья; в-третьих – удостовериться, что они оба поняли в этих записях и, в-четвёртых – постараться максимально незаметно скорректировать «процесс понимания» в нужную сторону. У гриффиндорской половины исследователей дела обстояли лучше. Гарри уже мог, при попытке внедриться в его сознание, вплетать в свою стихийную защиту, пропорциональное давлению «Заклятие Доброго Пожелания» (это заклятие используется при напутствии отправляющихся в путь близких, и настолько пронизано любовью, что «объект» на который оно направлено, оказывается как бы в «защитном коконе» поддерживаемом этим чувством). Единственный минус такого «сплетания» был в том, что оно ощутимо истощало магическую силу юноши. А так, Гарри смог в течение часа выдержать совместные попытки вторжения Северуса и обоих призраков.
Передохнув, юный целитель озвучил самый неприятный из мучавших его вопросов:
- А если, он всё же сможет захватить моё тело и «стереть» сознание?
- Не смей даже думать об этом! – немедленно взвился Снейп.
- Северус, давай не будем закрывать глаза на опасность. Риддл начал заниматься этой проблемой раньше нас. А что если записи, которые он нашёл, точны и читабельны? Или кровное родство инактивирует мой новый блок? Или он сможет перенести боль от соприкосновения с «любовью»? Или я буду настолько выбит из колеи, что не смогу собрать в себе силы для поддержания этого чувства? Что тогда?! Нам необходимо разработать какой-то распознающий артефакт, и чары… способные уничтожить… тело в этом случае.
Зельевар снова, было, дёрнулся, но промолчал.
- Что ты предлагаешь? – Рик сидел, сцепив зубы, и играя желваками, но взгляд его был твёрдым.
- На старинных замках и поместьях стоят чары распознающие людей под Оборотным зельем и маскировочными чарами. Как приспособить это к конкретному человеку?
- Можно попытаться «переделать» их на более малый объект. Нужна какая-нибудь вещь, которая долго снимается и всегда с тобой.
Гарри молча показал родовое кольцо Гриффиндора-Слизерина:
- Оно всегда со мной. Сидит туго. Снимать долго. Да и на виду постоянно.
- Это может сработать. Кольцо будет причинять сильную боль «телу», если аура личности его контролирующей кардинально изменится, и светиться.
- Вот и замечательно! – преувеличенно бодро воскликнул парень, – А теперь, давайте спать пойдём. Что-то я вымотался сегодня. Ой, прости Северус, я не подумал! Может тебе помочь с зельями для больничного крыла?
- Не надо. Мы с Драко и Блейзом этой ночью сварили достаточно. Идею насчёт отдыха я поддерживаю безоговорочно.
Они поднялись по лестнице в коридор Подземелий и пошли в сторону комнат зельевара. Оба опустошённо молчали. Когда же дверь личных покоев, с тихим стуком закрылась за ними, Сев наложил на неё уже привычные Запирающие и Заглушающие чары, и спросил:
- Почему ты сразу не рассказал мне о том видении?
Гарри подошёл к нему вплотную, обнял, прижимаясь всем телом, и пробормотал куда-то в шею:
- На тебя и так столько всего свалилось, не хотел навешивать ещё и это. Попытался разобраться «своими силами», – и, видя гневное выражение лица Снейпа, добавил:
- Не сердись, пожалуйста! Я не хотел тебя обидеть.
Северус тяжело вздохнул и покрепче обнял своё «лохматое сокровище». Постепенно ободряющее объятие переросло в «не совсем» дружеское. Потом, руки мужчины стали изучать спину парня, а настойчивый рот завладел слегка обветренными губами юноши. В этот раз не было никакого «поединка», никакой «охоты», только неторопливые нежные прикосновения и ласки, наслаждение друг другом. А позже, они лежали, обнявшись, и пытались сделать вид, что спят. На минуту Северусу показалось, что Гарри хочет что-то ему сказать, но… парень промолчал, только теснее прижался к его боку и тяжело вздохнул.
На следующий день, из-за нападения УПСов на Косую аллею, Гарри и Северус даже поговорить не смогли нормально. Потом была ликвидация проклятия наведённого на семью Пруэтов в Уэльсе… Затем, вскрытие тайника с артефактами, на пару с Забини-Уизли, в Ирландии… Потом ещё дело… И ещё… Они едва были в состоянии добраться до своих постелей. Прошла целая неделя, прежде чем Снейп смог вырваться на помощь Зари. А Гарри… Гарри не вылезал из разведрейдов, что весьма бесило Рика.
- В конце концов – это не серьёзно! Он что, думает я без него смогу усилить его защиту?! – жаловался Гриффиндор любовнику и Северусу.
- Пойми его и ты. Он Предводитель этого сопливого воинства, и не может посылать их в бой без своей поддержки. К тому же, в некоторых делах он просто незаменим, – Сев и сам не мог найти себе места. Подобные перерывы в разработке защитного заклятия могли выйти «боком» его «персональной занозе».
В конце концов, зельевар не выдержал и поговорил по душам с Сезаром и Блейзом, объяснив ситуацию. После чего, Предводителя Хамелеонов его собственные «ящерицы» чуть не под конвоем доставили в Хогвардс. С этого момента, работа пошла веселей. Очень обрадовало одно обстоятельство, эксперементальным путём обнаруженное Слизерином и Снейпом. Выяснилось, что ритуал, с помощью которого Воландеморт может получить тело Гарри, можно провести только раз. И если Поттер сможет сопротивляться «вторжению» в течение двух часов, то его магия выработает пожизненный «иммунитет» к нападениям такого рода. Иными словами – «второго шанса» у Тёмного Лорда не будет. Единственное, что пока было неизвестно – знал ли об этом сам Лорд? Благодаря тренировкам, юноша уже мог сдерживать вторжение в своё сознание, почти полтора часа, но дальше наступало почти полное магическое истощение. Это было плохо, но пока что, ни Зари с Северусом, ни Рик, ничего с этим не могли поделать. Оставалось, наложить Распознающие чары на родовой перстень парня. К тому же на немедленном проведении этого ритуала настаивал сам юный лорд Гриффиндор-Слизерин. После того как всё было готово, он выгадал момент, когда все Хамелеоны и часть «орденцев» оказались в замке, собрал в Тайной комнате и провёл с ними «разъяснительную» беседу. Сказать, что его друзья были в шоке, значит просто промолчать. А когда он спокойным тоном, как будто просил передать ему соль за столом, приказал всем немедленно уничтожить его «тело», если увидят «реакцию перстня», ответом было гробовое молчание. Сразу осунувшийся и постаревший на пятьдесят лет Дамблдор, попытался, было, ободрить юношу:
- Мальчик мой, не надо сгущать краски. Быть может, проведение этого дикого ритуала невозможно. Я думаю, мы сумеем защитить тебя и…
- Господин директор, Я чувствовал Его радость и предвкушение, а Вы не хуже меня знаете, Том Риддл не склонен предаваться пустым прожектам. Так что, эта опасность вполне реальна и «защитить меня», как Вы выразились, никто не в силах, кроме меня самого. Потому что, не будет никакой дуэли, он нападёт исподтишка, возможно даже, не приближаясь ко мне физически. Именно поэтому, я и отдаю такой приказ. Вы должны немедленно уничтожить моё тело, если увидите признаки «захвата». Это не обсуждается! А теперь, спасибо за то, что выслушали, отдыхайте.
Он тепло простился со своими друзьями и «орденцами», ободряюще улыбнулся Дамблдору, и быстрым шагом покинул Тайную комнату. Северус, после нелёгкого разговора с директором пытался его найти, но тщетно. Гарри обнаружился сам – спящим в постели Сева, в его личных покоях, когда вымотанный поисками и нависшей угрозой зельевар, наконец-то, вернулся к себе. Мужчина разделся, принял душ, и тихо скользнул под одеяло, прижимая к себе сонное тело.