Ева сделала паузу, ожидая со стороны сыщика возмущенное фырканье. Но он только спросил:
- И что эта ведьма Лешке напророчила?
- Она не ведьма, - возразила Ева. - Она, между прочим, телеграфистом работает на почте. А сказала мало… будто бы Алису искать не надо и что ей ничто не угрожает.
- Ну, да! - зловеще произнес Смирнов.
Ева поперхнулась кофе, раскашлялась до слез.
- Не понимаю твоих намеков. Ты узнал что-нибудь?
- Расскажи мне об этом агентстве, как его… «Авгур», что ли? - вместо ответа спросил он.
- У тебя отвратительная манера разговаривать! - вспылила Ева. - Я же тебе все уши прожужжала про агентство, когда ты…
- …спал! - закончил за нее Всеслав. - Думаешь, я, как Юлий Цезарь, могу спать и слушать одновременно? А потом еще и помнить, о чем речь шла? О-о-о-ой… - Он сделал вид, что у него заболела голова, прикладывая руку к затылку и делая страдальческое лицо. - А-а-ай…
Ушибленное место и правда чуть побаливало, но не так, чтобы обращать на это внимание. Однако прием удался. Ева смягчилась и принялась во второй раз подробно описывать свой поход в модельное агентство «Авгур».
- Есть во всем этом нечто странное… - напоследок сказала она, мысленно возвращаясь в «птичий» холл. - Или что-то знакомое. Я пришла домой и зарылась в книги. Благо твоя мама собрала обширную библиотеку! Не знаю, что я искала. Может быть, название агентства показалось мне… оно навело меня на интересную мысль. Слово авгур имеет два значения - прямое и переносное. Во втором варианте авгур - жрец в Древнем Риме, который объявляет волю богов. Он распознает ее по полету и крикам птиц. А поскольку римляне многое перенимали у этрусков, то… понимаешь, что получается?
- Не совсем, - признался сыщик.
Он не всегда поспевал за извилистым, полном ассоциативных связей ходом мыслей Евы.
- Если это не случайное совпадение - что тоже может быть, выходит, название для модельного агентства придумывал человек, хорошо разбирающийся в этрусской культуре. Против случайности свидетельствует «птичий» холл: птицы на стенах, птицы в клетках, на вывеске, наконец! В общем, все это имеет связь с выставкой.
- Какую? - удивился Смирнов.
- Этруски… Нужно выяснить, кто учредитель или владелец агентства «Авгур». Возможно, он окажется уже известным нам человеком. Секретарша, с которой я говорила, заявила, что по всем вопросам следует обращаться к некой Тамаре Яковлевне Хмелиной, исполняющей обязанности директора. А назвать имя настоящего владельца она отказалась наотрез! Почему?
- Ну, это не столь уж редкое явление, - возразил Всеслав. - Многие фирмы зарегистрированы на подставных лиц и прочее. Бизнес, дорогая, имеет свои законы. Но поинтересоваться «Авгуром» стоит.
- Вдруг окажется, что хозяин агентства - Чернов? Или сам Рогожин, например?
- Не смеши меня, - улыбнулся сыщик. - Откуда у Рогожина деньги? А Чернов? С какой стати он будет заниматься модельным бизнесом? Ему по горло хватает забот с «Галереей». Художник же мертв и похоронен, следовательно, никак не может быть владельцем «Авгура». По крайней мере, сейчас.
- Тогда это Геннадий, - настаивала Ева. - У него, надеюсь, достаточно денег?
- Достаточно. Хотя, поговаривают, деньги не его, а господина Фарбина, у которого он служит.
- Мало ли! - не сдавалась Ева. - Ты проверь.
Смирнов согласно кивнул. Разумеется, он проверит. Ева иногда дает толковые советы.
- Агентство имеет отношение к исчезновению Алисы Данилиной? Как ты чувствуешь?
Она развела руками:
- Трудно сказать… Алиса проходит там обучение, если верить секретарше. Возможно, с кем-то познакомилась, завязала дружбу… Не знаю. Вариантов много.
Они замолчали, обдумывая сказанное. Через приоткрытое окно в комнату проникал запах дождя.
- Знаешь, кого я встретил сегодня ночью? - вдруг сказал Всеслав. - Глеба Конарева. Вот уж чего не ожидал! Жизнь порой такие штуки выкидывает, нарочно не придумаешь.
- Где?! - ахнула Ева. - Это ты с ним подрался?
Сыщик решил опустить подробности ночного инцидента: не хотел пугать Еву.
- Не важно, - отмахнулся он. - Главное, мне удалось поговорить с Конаревым. Он поведал мне одну историю…
Смирнов говорил, а Ева слушала - сопоставляя историю Глеба с записками Алисы. Кажется, речь идет об одном и том же случае!
- Вероятно, после этого и начались изменения в отношениях между Алисой и Глебом, между Алисой и ее близкими… - задумчиво произнесла она. - Девушку можно понять. Но кто был тот человек, таинственный и роковой спаситель? Глеб не сказал?
Всеслав отрицательно покачал головой:
- Он вообще многое скрывает. Мне пришлось делать вид, что я догадываюсь, о ком и о чем идет речь, иначе Глеб и рта бы не раскрыл. Он необычайно замкнут, внутренне напряжен и насторожен. Любой неловкий жест, невзначай вылетевшее слово могут спугнуть его, и тогда он полностью закроется. Складывается впечатление, что он решился на какой-то непоправимый, ужасный поступок…
Смирнов тоже недоговаривал. Он не любил опережать события. Пока обстоятельства дела не сложились четко и ясно в его уме, пока каждая второстепенная и кажущаяся незначительной деталь гармонично не вписалась в общую картину, до тех пор он предпочитал оставаться в области недомолвок и предположений. Во всяком случае, его заблуждение не повлечет за собой заблуждений другого ума - например, Евы.
- Глеб не знает, где Алиса? - спросила она.
- Судя по его поведению, нет. Он сказал, что тоже разыскивает ее.
- Ты ему веришь?
- А что мне остается? - вздохнул сыщик. - Нужно хотя бы притворяться, что верю. Я был в его квартире, которую он снимает в Москве… скорее всего, для интимных встреч. Алисы там не оказалось. Причем Глеб сам привел меня туда.
- Не понимаю…
- Знаешь, какой вопрос мне больше всего хотелось задать этому парню? Почему он вдруг сорвался со стройки, бросил работу и понесся сломя голову неизвестно куда? Что его заставило так поступить?
- Неожиданное известие, - предположила Ева.
- Какое? От кого, каким образом он получил его? Мобильника у него нет, писем и телеграмм ему не приходило; по общему телефону на стройке Глебу не звонили. Как он мог о чем-то узнать? Во сне приснилось?
- Ну… сказал кто-нибудь. Приехал и сказал. Допускаешь?
- Весьма приблизительно. Допустить, в принципе, можно все что угодно. Но кто, скажи мне, настолько близок Глебу, чтобы знать его домик в Васильках? Даже его мама и друг Николай не имели понятия, где он работает, а тем более - живет. Все личное Конарев ни с кем не делил.
- Могли на стройку приехать, узнать, - возразила Ева и тут же отрицательно качнула головой: - Нет! Тогда бы бригадир или кто-то из работяг обязательно увидели бы. А они сами в недоумении, куда и зачем уехал Конарев.
- Вот именно.
- Кстати… а почему Глеб продолжал жить в общаге, если все равно снимал квартиру?
- Я над этим думал, - ответил Смирнов. - Тут более-менее ясно: Алиса не из тех девушек, что будут комфортно себя чувствовать у всех на глазах. Общежитие - не ее среда. Квартиру Глеб снял для встреч, причем недавно и, скорее всего, на небольшой срок. За нее ведь платить надо.
- Да, пожалуй… У меня из головы не идет тот человек, - призналась Ева. - Кто он?
- Есть догадки, - уклончиво сказал Всеслав.
И вдруг в его сознании вновь всплыло модельное агентство «Авгур» - недостающее звено в длинной и запутанной цепи рассуждений.
Геннадий поднялся, шатаясь, - коньяк подействовал на тело, а ум оставил трезвым. Координация движений нарушилась, душевного же облегчения так и не наступило.
«Дьявол забери всю эту проклятую мазню! - с ненавистью подумал он, глядя, как Фарбин любуется картиной. - Босс обмана не простит, разделается со мной хладнокровно и жестоко. Бежать, что ли? Скрыться? Достанут… Альберт только с виду немощный, неизлечимо больной человек - на самом деле он отлит из стали, и рука у него еще твердая. Если он догадается… пощады не будет!»