В гостинице мне доводилось встречаться со многими моими соотечественниками. Эти встречи бывали короткими, потому что вечно мне было некогда, им, наверно, тоже. Исключением явилась — и потому запала в память — та группа финских участников съемок советско-финляндского фильма «Сампо», которая в августе 1958 года жила в гостинице «Похьела». Особенно запомнился мне Урхо Сомерсалми, исполнитель роли «старого, верного Вяйнямёйнена».
Между прочим, приезжему человеку следует обратить внимание на интерьеры гостиницы. Прекрасны, например, колонны и некоторые двери из волнистой березы, а также старинная мебель из карельской березы — все это было изготовлено в Великогубской мастерской знаменитого столяра-краснодеревщика Степана Синявина. Работы этого умельца из деревни Дорохове Шуньгской волости демонстрировались даже на Всемирной выставке в Париже в 1900 году. В 1932 году на Сельскохозяйственной выставке в Москве большим успехом пользовались изделия, изготовленные им из заонежской свилеватой (карельской) березы. Еще и в послевоенные годы Синявин обучал молодых краснодеревцев и художников в мастерской в деревне Космозеро.
Среди обслуживающего персонала гостиницы немало финнов и карел. Много лет директором гостиницы работал финн-ингерманландец Лео Петтинен, который к тому же приходится племянником моей информаторши ингерманландки Катри Переляйнен, последние годы проживавшей в городе Турку. Отец Лео Ээмели погиб в 1941 году в Олонце. С особой теплотой вспоминаю я также доброжелательного, душевного швейцара Михаила Алексеевича Созонова, работника Интуриста Василия Фофанова, некоторых дежурных по этажу.
С Михаилом Созоновым, родившимся в 1909 году, я познакомился при первой поездке в 1957 году. Я попытался заговорить со швейцаром и с трудом произнес несколько, как мне казалось, русских слов. Он же, поняв, что я — финн, ответил мне на языке, в котором я узнал людиковское наречие. Его родная деревня Пелдуойне (Пелдожа) находится примерно в пяти километрах от Святозера в сторону Пряжи. Летом 1966 года мы с Созоновым уже были старыми знакомыми, и я побывал в его маленьком домике, стоявшем возле автобусной станции. Жена Михаила Ирина Ефимовна (девичья фамилия Герасимова, год рождения 1904) тоже была дома. И мне захотелось записать речь обоих, потому что Ирина Ефимовна родом из деревни Сидниеми (Сигнаволок), что на южном берегу Святозера, и ее сигнаволокский говор значительно отличался как от святозерского, так и от пелдожского говора ее мужа.
Главный гид Интуриста Василий Фофанов был родом из деревни Лехты Шуезерской волости. До строительства Мурманской железной дороги этот край представлял собой малообжитую таежную глушь. Все, что было известно о шуезерском говоре, основывалось на записях, которые Арвид Генетц сделал там в сентябре 1871 года. Фофанов постоянно был занят и ему было не до меня, однако летом 1968 года, когда я заглянул к нему в кабинет, он меня не прогнал. Он и сам с удовольствием наблюдал, как я записываю, чтобы навеки сохранить его родную речь, которой угрожает скорое и окончательное исчезновение.
Из работников гостиницы, знакомство с которыми имело для меня особенно важное значение, должен назвать прежде всего дежурную первого этажа Ульяну Никитичну Пивоеву.
Родилась Ульяна Пивоева 12 июля 1916 года в поморском селе Кереть. Когда-то в один из неурожайных годов, спасаясь от неминуемого голода, родители Ульяны ушли из своей родной деревни Рёхё (Регозеро) Ухтинской волости в Кереть и уже не захотели возвращаться обратно в дебри. В Керети, как и в Регозере, тоже можно было держать оленей. Зато рыболовство здесь давало гораздо больше рыбы, чем на мелких озерах. Вообще в неурожайные годы в Кереть сходилось много карел, и не только из Рёхё, но и других мест, например из Коккосалмы, или с Валасреки. Кроме того, в Керети жили карелы, переселившиеся сюда и в более давние времена. Муж Ульяны тоже был карел, выходец из кестеньгской деревни Кунтикюля (Кундозеро). В июне 1966 и в июле 1967 годов я записал от Ульяны Пнвоевой много материала. Записывать пришлось от руки, потому что Ульяна, беседуя со мной, одновременно выполняла свои обязанности дежурной и пользоваться магнитофоном было неудобно.
Наш гостиничный номер нередко превращался в студию звукозаписи, и результаты получались совсем неплохие, несмотря на то, что в записях иногда прослушивается шум уличного движения. Из всех, кого мне доводилось записывать у себя в номере, наиболее запомнилась вепсянка Раиса Васильевна Патрокеева, родившаяся в 1906 году в деревне со странным названием Другая Река Рыборецкой волости, а замуж вышедшая в деревню Ропручей. В июле 1957 года мы вместе с нашим гидом Ю. С. Елисеевым, закончив экспедицию к тверским карелам, заехали еще на недельку в Петрозаводск, где для нас была организована хорошая рабочая программа: выезды в Олонец, в людиковскую деревню Юркостров и Спасскую Губу, а в перерывах — работа с информаторами, в том числе с тремя вепсами, в Петрозаводске.