Количество вырабатываемого ситца резко превышало в СССР в 1930-е годы все иные материи, что показывает, с одной стороны, его популярность в те годы, а с другой — явные трудности, связанные с производством и сбытом (из-за бедности населения), более дорогих тканей из шерсти и шелка. Заметим, что производство шерстяных тканей в 1934 году составляло 73 миллиона метров вместо 95 миллионов в 1913 году, а производство льняных упало с 201 миллиона метров в 1913 году до 135 миллионов метров в 1934 году.
Особое место в развитии московской моды того десятилетия занимают набивные ситцевые ткани с рисунками на «революционные темы». Эти сложные рисунки тканей, выполненные по проектам выпускников ВХУТЕМАСа в Москве, с 1929 года объединенных в текстильную секцию ОМАХРР (Объединение молодежи Ассоциации художников революционной России), прославляли в текстиле достижения советской власти. На них изображались аэропланы, тракторы, сеялки и комбайны, а также силуэты заводов с дымящимися трубами. Эти набивные ткани более подходили для декорирования интерьеров, изготовления занавесей; оттого они и пользовались малой любовью потребителей. Однако с 1929 по 1932 год их производство стало обязательным для всех советских текстильных фабрик. Для этого варварским образом было уничтожено более пяти тысяч старинных валов с гравированными на них традиционными русскими цветочными орнаментами. Поверхность медного вала стачивали для освобождения места новой советской тематике. Это было явным «перегибом», и 6 октября 1933 года в «Правде» был напечатан фельетон «Спереди трактор — сзади комбайн», в котором осуждалась агитационная индустриальная тема в тканях для платьев, а в декабре того же года Совет народных комиссаров специальным постановлением запретил выпуск тканей, вульгаризировавших идеи социалистического строительства.
Развитие моды в Москве в 1930-е годы ассоциируется с именами двух выдающихся женщин — Надежды Ламановой и Александры Ляминой, и их работы следует отнести к высшим достижениям в области создания женских мод в описываемый период. Неудивительно, что обе они связали свою жизнь с костюмерным цехом Московского Художественного театра, работа в котором служила им полем для творчества в эпоху сталинской диктатуры.
В этот период в столице СССР существовал Дом моделей треста «Мосбелье», отдел модельных платьев опытно-технической фабрики треста «Мосшвея» и отдел модельных платьев при Центральном универмаге Наркомвнуторга СССР. В 1934 году работал также дом моделей на базе опытно-технической лаборатории треста «Мосбелье» на углу Сретенки и Малого Головинского переулка. Им с 1934 по 1938 и с 1945 по 1949 годы руководила Надежда Сергеевна Макарова, племянница Ламановой. В 1938 году этот дом моделей был реорганизован совместно с опытно-технической фабрикой «Москвошвей» в московский Дом моды. Его здание славилось удивительно стильными интерьерами в духе «счастливой жизни». Стены помещений были облицованы снизу панелями натурального дерева, а их верх и потолки были расписаны фресками по рисункам художника Владимира Фаворского, бывшего ректора ВХУТЕМАСа, объявленного формалистом в 1930-е годы. По словам киноактрисы и модельера Анель Судакевич, работавшей в этом Доме моделей, Фаворский в своих фресках смог проявить чисто русские формы искусства. При Доме моды был небольшой штат манекенщиц, которые показывали модели Надежды Петровны Ламановой и ее племянницы Надежды Сергеевны Макаровой. К тому времени в Москве работала группа художников, создававших модные иллюстрации, среди которых отметим художниц А. А. Броун, М. А. Гальперину, С. И. Панфилову и иллюстраторов моды С. И. Никитина, К. А. Громова и С. С. Топлянинова.
Одновременно на Большой Дмитровке, в доме № 9, находился с 1933 года Дом моделей Мосторга, где работала известная и дорогая портниха Ревека Соломоновна Ясная с двумя или тремя помощницами, но попасть на прием к ней можно было лишь по специальному ордеру.
По всей Европе в женских силуэтах второй половины 1930 годов наблюдается большое влияние спортивного стиля, постепенно увеличивается плечевой пояс, появляются накладные карманы, отложные воротники, напоминающие крой мужских пиджаков. Достаточно высоко расположенная линия талии создавала удлиненный силуэт юбок, а обилие вертикальных линий кроя еще более удлиняло женскую фигуру. Одной из главных новинок женского гардероба в тот период стали костюмы. Московское издание «Моды. Весна» за 1936 год пишет о них: «Костюмы в своих деталях отражают некоторые черты военных мундиров: широкие реверы, жакеты, закрытые почти до шеи. Более длинные жакеты делают в талию и имеют характер костюма русского казачка. Короткие жакетки с фалдистой баской напоминают мужские костюмы XVII века. Самой последней модой является комбинация из короткого цветного жакета из сукна и черной узкой юбки с разрезом. Расклешенные юбки уже перестают носить. На смену им идет прямой крой с сильно подчеркнутой талией. Плечи в жакетах широкие».