Особенности личности проявляются в характере взаимоотношений человека с внешней средой, в его поступках, но никогда не сводятся только к ним. В связи с этим извне личность практически невозможно познать до конца. Однако с помощью психологических экспериментов, а также в процессе общения в различных, особенно экстремальных, ситуациях мы можем многое узнать друг о друге и с большой долей вероятности предвидеть поведенческие реакции хорошо знакомых нам людей в тех или иных условиях. Это объясняется тем, что личностные особенности каждого из нас определяет относительное постоянство нашего реагирования на различные события, факты, предметы в связи с определенной стабильностью наших потребностей, установок, привычек, вкусов, характерологических признаков.
Но вместе с тем:
Да, личность человека все-таки не что-то неизменное, ибо в процессе жизни (детство, юность, зрелые годы) она развивается, а может (при некоторых заболеваниях, в глубокой старости) и регрессировать в своем развитии.
Способны ли мы к самопознанию, к трезвой самооценке, к анализу своих личностных качеств? В определенной степени да. Литературный герой Ж. Сименона комиссар Мегрэ среди ночи поймал себя на самонаблюдении. Думая о вчерашнем ограблении табачной лавки, он вдруг осознал себя думающим об ограблении. Потом - думающим о том, что думает об ограблении. И так далее. "Кто же из них я?" - мелькнуло у него в голове. Мегрэ поежился: этот, задавший вопрос, был каким-то новым - не тем, который думал о том, который думал об ограблении..."
Комиссар Мегрэ по сути дела обладал свойственной каждому из нас способностью абстрагироваться и посмотреть на себя "со стороны". При этом как будто в зеркале мы видим свое отражение и можем оценивать его критически. Такая способность делает более или менее реальными наши представления о себе, о своем положении в коллективе, о соответствии нашей внешности, наших поведенческих реакций этическим и правовым нормам общества, в котором мы живем. Она помогает в какой-то мере объективно оценить самого себя.
Пытаясь лучше понять мотивы действий другого человека, мы также можем в какой-то степени поставить себя "на его место" и попытаться воспринять окружающую действительность, глядя с его позиций. Это позволяет определить, насколько его поведенческие реакции адекватны тому, что сделали бы мы, находясь в его положении, дает нам возможность выносить собственную субъективную оценку поведения другого человека в той или иной жизненной ситуации. Благодаря этому можно лучше понять других, составить впечатление об особенностях их личности п определить свое к ним отношение, воспитать способность к сопереживанию.
Умение посмотреть на окружающий мир, на конкретную ситуацию, а подчас и на самого себя с точки зрения другого человека полезно каждому из нас, оно помогает лучшему взаимопониманию в коллективе, определяет более адекватную оценку и самооценку. Особенно важны эти качества для писателя и актера. Однако и они всегда остаются "в глубине души" самими собою, сохраняя ядро собственной личности, не теряя самосознания, своего "я". Даже самый эмоциональный актер обычно в определенной степени контролирует себя, оценивает свою игру, игру партнеров, реакцию публики и никогда полностью не отключается от реальной действительности, никогда не теряет своего "я".
Истинное расщепление личности, при котором человек живет как бы двойной жизнью, возможно только при некоторых психических заболеваниях. Оно может проявляться в том, что установки, которыми руководствуется больной в разное время, могут находиться в вопиющем противоречии. Тогда в одном человеческом теле как бы начинают сосуществовать две личности, которые временами полностью подменяют одна другую. С подобным феноменом Ж. Сименон также сталкивает своего Мегрэ. Комиссар подозревает подследственного, совершившего убийство и напрочь, очень естественно отрицающего какую бы то ни было возможность совершения им такого поступка, в симуляции психопатологии. Мегрэ по личному опыту знает, что человек может сыграть в "наблюдателя самого себя" и в "наблюдателя наблюдателя", однако, какие бы роли он ни играл, ощущение собственного "я" его не покидает. Но эксперт-психиатр разъясняет, что подследственный к вздору о разных "я" относится слишком серьезно, так как на самом деле не отождествляет себя в одной роли с собою же в роли другой. Он говорит о том, что у преступника распалось непосредственное ощущение "я", как выражаются немецкие психиатры, "чувство ячества". И это уже болезнь личности.