Глава 19. Ева
Я не знала правильно ли поступаю, но идти к друзьям или знакомым было глупо, там меня сразу найдут. Не могу никого подвергать опасности. Где ещё искать спасения если не у закона? Но накажут ли его по всей строгости? С каждой минутой эта уверенность рассеивалась. А чувство тревоги только нарастало.
Когда дверь открылась, небольшая комната наполнилась моим шумным дыханием. Я поняла, что сердце не зря выстукивало. Страх увидеть Амирхана в дверях, оказался ужасней представлений. В комнату вошёл дьявол, с характерным блеском в чёрных глазах. И не было в нем ничего знакомого, таким злым я не видела его никогда. Это пропечатало мне одно большое "КОНЕЦ".
Его взгляд словно плеть, от которой я в ужасе подрываюсь с места. Часто хлопаю ресницами, очень страшно видеть его таким. Готовым порвать меня на куски прямо в эту минуту. Мороз пробегает по коже от стального приказа, заставляя меня вздрогнуть.
- Сидеть! - я не узнаю этого мужчину. Холодный Амирхан видит перед собой жертву.
Ничто внутри не смеет ослушаться, ватные ноги усаживают меня обратно на стул как послушную куклу. Целая вечность на то, чтобы он отодвинул стул и сел напротив. Смотрю на него как на что-то инородное и убийственное. Он медленно вынимает пистолет и кладёт его на стол, направив на меня дуло. Я все больше понимаю, что совершила большую глупость.
- Ну что, Ева Игоревна...? - от ядовитого тона на глаза набегают слезы. - Решила наказать меня?
- Я... - перед ним, меня уже ничто не оправдает.
- В этом городе Я наказываю, девочка. - будто шею сдавила удавка, кислород вокруг меня испарился.
Вспоминаю слова дяди про "карателя", так они с отцом звали его. Сколько власти в одних руках?... И страха в моих глазах, ведь сейчас он вполне оправдывает свое прозвище. Таким его знают во внешнем мире, ему позволено прийти сюда с оружием, забрать меня и покарать за проступок.
- Прости... - под чувством страха выдавливаю еле слышно. Он будто не услышал, хотя я уверена, что это не так. Просто я не привлекла его внимания.
- Очень дорого обошлась мне твоя тупость! - зло плюёт мне в лицо. Не нахожу что сказать.
Видимо ему пришлось много заплатить, чтобы забрать меня отсюда по-тихому. По тону понятно, что он этим очень недоволен. Глаза пылают сумасшедшим пламенем. Рассчитывать на его благосклонность, даже и крошечного шанса нет.
- На колени!
- ...что?... - язык перестал меня слушаться. Амирхан так холоден со мной, что пробирает до самых костей.
Я понимаю, это не шутка, но не могу понять чего именно он хочет.
Мужчина поднимается и становится рядом со столом, пальцы неспешно начинают расстегивать ремень на брюках.
- Я сказал на колени. Живо.
Я смотрю на него снизу вверх и только сейчас понимаю, что прежде он не был со мной груб. Он находил время на жалость в мой адрес. Даже однажды утешал, по-отцовски прижав к груди как свою. Как мог, но все же совсем не был грубым по сравнению с тем, какой сейчас. Вся его строгость и местами тирания, может зайти за своеобразную мужскую заботу. Он не дал мне упасть духом. Ведь на самом деле если бы не он, я бы только горевала и потеряла всякий смысл существования. Потому что вокруг меня никого не осталось кто был бы дорог. Выходит есть только он?... Он удержал меня тогда, не дав взглянуть на отца. Сейчас понимаю что не вынесла бы увиденного. Он будто это знал.
Амирхан пытался мне помочь, но я только сейчас это поняла, когда ничего от того не осталось. Больше он не намерен этого делать. Я сама обрушила на себя его гнев. И на мои слезы ему теперь плевать.
- Хан, пожалуйста, не надо...
- На колени. - твердо вторит он.
Слезы, обжигая, стекают по щекам. Всё что до этого я считала унижением, таким не являлось. Он не унижал меня и не принуждал, но сейчас...
- Прошу не надо...
Он грубо придавливает меня к полу, когда непослушные ноги не могут выполнить то, что им велели. Я все ещё ждала, что он передумает. Напрасно.
- Не надо... - снова молю, пытаюсь пробудить в нем былую жалость, но он холоден.
- Заткнись, Ева.
Хочется упасть ему в ноги и умолять. Но он не пробиваем. Звук ширинки заставляет содрогнуться. Он хочет чтобы я сделала это прямо здесь, в душной комнате отделения. Это действительно наказание. Стоять перед ним на грязном полу и делать то, чего никогда не дела. И очень быстро нужно с этим примириться, времени на подготовку он не даст. Раньше мог, но не сейчас.