Что-то с пространственным воображением. Как будто его и вовсе нет. Природа не дала.
К счастью, существовал волшебный ДСД, секретный чатик, который расшифровывался как: "Друг, Спаси Дебила".
Нет, не обидно. Седьмой класс предоставлял массу возможностей почувствовать себя и Другом и Дебилом, иногда даже по очереди.
Сейчас Ева была Другом. Быстро прорешав все задачи, она подала условный сигнал ручкой, сестры Мельниковы что-то толкнули и шумно полезли под парту, Мадам Линейка отвлеклась... Ева сфотографировала решение и скинула в чат.
Нечестно? А заставлять бедных маленьких детей мучить мозги всякой бесполезной хренью - честно?
До звонка оставались бесконечные пять минут.
- Староминская, а ты чего ворон считаешь, все остальное уже сосчитала?
Ева вздрогнула и на автомате ответила:
- Чего их считать, семнадцать крылатых особей...
- Правда, что ли? - народ, весь, кроме Мадам Линейки уставился в окно и принялся пересчитывать сидящих на ветках пернатых. Пернатые перелетали с места на место и путали расчеты. Разгорелся спор: семнадцать или все-таки больше... проверочная была благополучно сорвана.
Мадам Линейка посмотрела на Еву с жалостью и постановила:
- К директору.
______________________________________
Шкуру Ева решила обрадовать с порога. А чего тянуть?
- Тебя в школу вызывают.
- Что им опять неймется? - медведь даже не шевельнулся.
- Проверочную по алгебре сорвала, - пожала плечами Ева, - заставила весь класс ворон пересчитывать.
- И сколько насчитали?
- Не пришли к консенсусу, - развела руками Ева, сбрасывая сапоги, - они все время мигрировали и поворачивались.
- Вот долбокретины. Считали бы группами и, либо хвосты, либо клювы. Сама-то проверочную написала? - Ева только фыркнула, - Согласна, вопрос снимается как кретинский. Чего тебе с твоей директрисой никак не поделить.
- Дура она конченая! Даже не круглая, а квадратная.
- И это твое преимущество. Чем человек тупее, тем легче им управлять.
- Да не хочу я ей управлять, - взорвалась сестра, - я хочу, чтобы она отмоталась от меня раз и навсегда, провалилась куда-нибудь в аутбеки. Сколько историй про то, как тетки проваливаются в другой мир, становятся там молодыми, прекрасными и в них влюбляется принц или дракон. Или два в одном. Только эту козу плюшевую до сих пор ни в один портал не затянуло! А как было бы славно.
- Я пиццу заказала, - сообщила шкура, - с грибами. И свою половину уже съела.
- Аппетита нет, - Ева разулась и прошла в комнату, которую, по молчаливому согласию заняли они с шкурой. В остальные даже не заходили - зачем? А в бабушкину - еще и больно. Там даже кровать до сих пор стояла не убранная.
Словно что-то не пускало.
Вчерашняя находка тоже так и осталась на столе. Ника расставила фигуры и, кажется, пыталась играть сама с собой.
- Ты что-нибудь нашла про этот набор?
- Немного, - нехотя призналась сестра. В поиске она была хороша, Ева здорово подозревала, что деньги ей платили вовсе не за конструирование сайтов. Но... если она что и усвоила на "отлично", так то, что в Никины дела лучше не соваться, целее будешь.
- Это венецианские шахматы, примерно середина шестнадцатого века. Но подпись мастера я не опознала. Похоже на Адриано дель Сарто, но буквы немного другие. Пишутся чуть-чуть иначе.
- И кто он такой, этот Адриано-как-его-там?
- дель Сарто. Значит - сын портного.
- И он стал ювелиром?
- Нет, - покачала головой Ника, по такому случаю сбросившая шкуру, - ювелиром он не стал. В те времена было довольно трудно выбиться из своей касты. Ты шел в подмастерья к своему отцу, потом отец помогал тебе, платил гильдейский взнос и оставлял мастерскую. И ты становился мастером. А если ты не хотел быть сапожником, а хотел быть ювелиром, то шел в подмастерья к ювелиру. И часто попадал в рабство. Кто же откажется от бесплатного работника? Денег на взнос скопить не удавалось, к экзамену мастер не допускал под предлогом, что "еще не научил всему, что потребно знать".
- И как этот чел выкрутился? - Ева с ногами забралась в кресло, поставила локти на стол и умастила подбородок на ладони.
Ей было, действительно, интересно. Ника, когда вылезала из своей шкуры, рассказывала так, что услышь историк, нудный и душный Федор Палыч с никнеймом Печенег, пошел бы и уволился, чтобы больше не позориться.