– Что известно о красном капитане? – спросил Фалько.
Навиа посмотрел на него как-то странно. Пристально и пытливо. Потом показал на бутылку анисовой, но Фалько качнул головой.
– Вскоре увижусь с ним.
– С Киросом? – ошеломленно спросил Фалько.
– С ним.
– А зачем?
– Не знаю пока. Он попросил о встрече.
– У себя на судне?
– Нет. – Навиа неопределенно махнул рукой в сторону той переборки, что ближе к берегу. – Там… в конторе порта. На нейтральной территории.
– Лавка ковров тоже была нейтральной территорией, а вы помните, что там произошло. Нас дурачат, мне кажется.
– А мне кажется, на этот раз будет иначе.
Фалько тяжело вздохнул:
– Знаете, а вот теперь я, пожалуй, выпил бы чего-нибудь.
Навиа взял бутылку, наполнил чистую рюмку и протянул ее Фалько. Тот пригубил прозрачную сладкую жидкость.
– И полагаете, он пойдет на попятный? Согласится, чтобы судно интернировали в Танжере?
– Я бы очень удивился, случись такое.
– Так чего же он хочет добиться?
– Не имею ни малейшего представления. Полчаса назад получил от него записку. – Он достал из кармана листок. – Вот, прочтите сами.
Сеньор Навиа, сожалею, что наша последняя встреча завершилась так, как завершилась, однако надеюсь, что Вы войдете в мое положение. Виной тому – военные действия, которые я, как, надеюсь, и Вы, обязаны вести против своей воли. Я был бы Вам весьма признателен, если бы согласились встретиться со мной в последний раз. Через час я буду в конторе моего консигнатора, расположенной в порту прямо напротив причала, где стоят наши корабли. Ручаюсь Вам своим честным словом, что на этой встрече с моей стороны к Вам будет проявлено должное уважение, как, опять же надеюсь, и с Вашей – ко мне.
Фалько вернул листок и закурил.
– Как принято у порядочных людей, – заметил он саркастически.
– Да, в этом роде.
– Звучит убедительно.
Навиа, нахмурясь, перечел записку.
– Да. Звучит и выглядит… – Он сложил листок и спрятал в карман. – Поэтому я решил принять приглашение.
Они помолчали. Фалько сделал еще глоток. Моряк поглядел на карту и ткнул пальцем в какую-то точку на ней. Вероятно, там он собирался перехватить «Маунт-Касл».
– Туман может помочь ему скрыться?
– Да, рассеется не скоро… Может быть, продержится весь день. Видимость сократится до двухсот-трехсот метров, и судно трудно будет найти.
– И?..
– Но ведь и они увидят не больше, чем мы. Так что мы притаимся в тумане и будем искать их по звуку машины.
Повисла пауза. Навиа снова уставился в карту. Потом постучал ногтем по той же самой точке.
– Это шанс для них. И они не преминут им воспользоваться.
Он снял карту со стола, свернул в трубку и сунул под мышку. Потом взглянул на Фалько с любопытством:
– Хотите пойти со мной?
– На встречу с Киросом? – удивился Фалько – Полагаете, он согласится, чтобы я присутствовал?
– Едва ли будет возражать. А вам это может быть небезынтересно. Да и ему тоже. Обоим капитанам недурно бы иметь свидетеля.
– Вероятно, – согласился Фалько. – Чем бы дело ни кончилось, объяснений придется давать много.
Офицер глянул на часы и взял фуражку.
– Тогда идемте.
Они вышли в коридор, где Навиа отдал карту старшине в гетрах, и тот ее унес. По гудевшему под ногами металлическому трапу спустились на палубу.
– Вот только неизвестно, чем заняты сейчас большевистские агенты, которые были на борту у Кироса, – сказал офицер. – Ничего о них не знаю.
– Пусть вас это не беспокоит. С ними вопрос улажен.
После этих слов Навиа, остановившись, пытливо посмотрел на Фалько, благо в этот миг они оказались как раз под лампой в стеклянном колпаке, густо покрытом налетом морской соли.
– Улажен, – бесстрастно повторил Фалько.
Офицер еще посмотрел на него. Потом вздернул бровь:
– Когда мне вас рекомендовали, оказывается, не преувеличивали.
Фалько затянулся напоследок и швырнул окурок за борт.
– Каждый делает, что может.
– Прежде всего, – сказал Кирос, как бы подводя итог долгим размышлениям. – Прежде всего я – моряк.
Это утверждение выглядело неуместным или ненужным. Адресовано оно было Навиа, и тот кивнул. Славно как спелись, подумал Фалько. И решил, что станет невидимкой. Вернее – останется.