– Да, пора… Вон он идет…
Слева по откосу спускался человек. Как раз в этот миг он делал поворот. Уже слышны стали его шаги и позвякиванье металлического наконечника зонта.
– С двух сторон, – сказал Фалько. – Ты сверху, я снизу… Дай ему подойти.
Паук полез по склону вверх так, чтобы оказаться справа. Фалько стоял неподвижно, прижавшись к стене. Человек – при таком освещении виднелся лишь темный бесформенный силуэт – шел вперед, ничего не подозревая. Когда до него оставалось шагов десять, Фалько расстегнул пуговицы плаща и пиджака, чтобы не сковывали движения. Нащупал кобуру на поясе, хотя не тот был случай, чтобы стрелять. Тем не менее браунинг мог понадобиться. Удар рукояткой по темени – аргумент не хуже прочих. Не слишком сильно, не очень слабо. А как раз в меру, так, чтобы избежать неприятностей. Бац. Приятных снов, товарищ комиссар.
В пяти шагах от Фалько человек вдруг остановился. Заметил подозрительную фигуру, застывшую у стены. Быстрым взглядом окинув место действия, Фалько убедился, что Паук наверху уже обогнал объект и сейчас зайдет к нему сзади.
Ну, к черту предосторожности, подумал он. Момент настал.
Он кинулся вверх, навстречу человеку, который, по-видимому, растерялся, а потому не подал голос. Кинулся, чтобы оказаться рядом, прежде чем тот придет в себя. Он еще успел заметить у человека за спиной тень и понять, что Паук уже рядом.
И тут поскользнулся на влажной земле.
Со свистом проехался по ней подошвами башмаков и с размаху грохнулся навзничь.
Растянулся во весь рост, как последний олух, прямо у ног предполагаемой жертвы. Мало того – ударился так больно, что звон пошел по всему телу и заныли кости.
Я что-то сломал себе, подумал он. О черт… Что-то сломал.
Еще ошеломленный падением, он снизу заметил кое-что. Во-первых, что объект повел себя следующим образом – шарахнулся по-заячьи, в сторону, потом треснул упавшего зонтиком, перескочил через него и кинулся бежать, как грешная душа от дьявола. Во-вторых, что Паука в прыжке по инерции пронесло дальше, чем нужно, и он споткнулся о распростертое тело Фалько и в свою очередь свалился.
– На помощь! – кричал на бегу человек. – Помогите!
Он уже достиг края эспланады, когда Фалько поднялся – левое запястье дергало острой болью – и бросился вдогонку.
– Караул! На помощь! – продолжал вопить убегающий.
Фалько прибавил ходу. За спиной он слышал шаги Паука.
– На помощь!
Фалько на миг подумал, не бросить ли это. Если убежит – все пропало. Если все же сцапаем, но кто-нибудь – полицейский, скажем, – придет на выручку, будет еще хуже. Самое что ни на есть «на месте преступления». Размышляя таким образом, он продолжал нестись во весь дух: легкие резало от напряжения и от ушиба, но тут беглец поравнялся с повозкой, и оттуда проворно спрыгнула и загородила ему дорогу чья-то тень.
– На по…
Когда Фалько подоспел, человек барахтался на земле, а Кассем одной рукой держал его за шею, а другой зажимал рот.
Задыхаясь, Фалько остановился, согнулся, упер руки в бедра. Рядом он слышал свистящее дыхание Паука. Через несколько секунд, немного оправившись, Фалько вытащил пистолет, наклонился, ощупью определил, кто где – не хватало только садануть мавра, – и ударил беглеца по голове. Тот захрипел под пальцами Кассема и обмяк.
– Очень надеюсь, что он и впрямь красный комиссар, – сказал Фалько, пряча оружие.
– Он и есть, – подтвердил Паук между двумя глубокими вздохами.
Мавр поднялся, и Фалько потрепал его по плечу:
– Молодец.
На смуглом лице вновь вспыхнула улыбка.
– Аль хамду ли-лях. К вашим услугам.
Фалько огляделся. Каким-то чудом вокруг никого не оказалось. Ни здесь, ни наверху. Ни одного неудобного свидетеля. Паук хлопал себя по плечам, стряхивая дождевую воду.
– Как мы с тобой кувыркнулись-то… Акробатический этюд… – сказал он.
– Ох, и не говори.
Фалько потер поясницу и кисть, глядя на неподвижное тело у своих ног.
– Здоров бегать, сволочь… – он наклонился и обшарил его.
– Да тут забегаешь…
Фалько выпрямился, держа в руках бумажник. Красный оказался безоружен – в карманах у него был только перочинный ножичек. Его Фалько выбросил, а бумажник сунул к себе в карман.
– Хорошо еще, без ствола… Мы с тобой могли бы по лишней дырке схлопотать.
Паук язвительно рассмеялся сквозь зубы:
– Расскажу в Саламанке – все лопнут со смеху… Любимчик и баловень адмирала, неустрашимый шпион – плюх наземь! А этот сукин сын хрясь его зонтиком, а потом скок через него, как через колоду, и – деру… Незабываемая картина, ей-богу! Редкое зрелище! Спешите видеть! Помирать буду – не забуду этот танжерский цирк.