- Убей гонца…
Сюин заметила, что в глаза окружающих постепенно возвращается свет. Они словно пробуждались ото сна. Зрачки еще бегали, следили за невидимыми буквами. Но их внимание больше не было рассеяно, не пыталось закрыться от реальности, спрятаться за стеной апатии. Зуд подталкивал к действию, к мазохисткому желанию - освободиться от глухой защиты. Жить. Стремиться к новым ошибкам. К новым решениям. К новой радости.
И новой боли.
- Знаете этот момент… - Заговорил Грэг. - Момент, когда разрозненные части наконец складываются в единую картину. Когда ты перестаешь искать новые кусочки, пытаться проанализировать и понять их все. Ты уже видишь решение на основании тех данных что есть. И ищешь подходящие куски, сознательно игнорируя всё остальное. Отсекаешь всё “лишнее”. Отрезаешь важное, но не имеющее ценности для тебя. Подгоняешь под нужные пробелы. Создаешь обрубок реальности. Прикладываешь силу, чтобы затем он дополнил то целое, что ты видишь. Остаётся лишь собрать нужное количество частей, чтобы картина выглядела правдоподобно. И закопать те части, что составляют “статистическую погрешность”.
Сюин изо всех сил старалась сохранить лицо, не поддаваться животному чувству ненависти и уверенности в собственной правоте и превосходстве. Да, они поддались. Перестали сопротивляться. Незаданный вопрос повис в воздухе. Но каждый задал его себе, поморщившись от вкуса. А мы?
А я?
Несколько минут комнату заполняла тишина. Затем Клим, не говоря ни слова разослал всем ссылку на видео-расследование популярного блогера.
Автор начинал свой ролик с общего плана окраины Города. Снег уже скрыл грязь, спрятал большую часть признаков нищеты. Придавленный колесами автомобилей снег формировал неровную разбитую дорогу. На узкой улице плотно стояли низкие дома. Ведущий зашел в один из них.
В крохотном предбаннике несколько пар поношенной обуви. Автор рассказывал, что здесь вырос один из лидеров Сопротивления. Затем о том, каким замечательным человеком он был. Что мечтал организовать детскую секцию для детей родной улицы. Но теперь не сможет этого сделать, так как недавно его хладнокровно убили.
Ведущий открыл дверь. Петли еле слышно пискнули в ответ на резкое движение. Наружу, клубясь, повалил пар. Автор зашел внутрь не снимая обуви.
На полу лежал дешевый линолеум. Рисунок на нем выцвел и пошоркался наподобие тропинок. Единственная комната обогревалась угольной печью. Копоть и сгоревший жир облепляли плиту. Старый стол покрывала изрезанная скатерть. Стопка разной посуды стояла на подоконнике. На стене висел ковер, ворс которого примерз к выросшему из щелей между бревнами инею. В углу возвышался до самого потолка покосившийся шкаф. Его массивные плечи будто поддерживали прохудившуюся крышу. Полки были заполнены потрепанными книгами.
За столом сидела сгорбленная возрастом и пережитым горем пожилая женщина. Она держала в руках маленькую чашку остывшего чая. На его поверхности плавали разноцветные жирные пятна. Ведущий развернул складной стул и сел. Лощеный франт в дорогой одежде с идеальной прической и до блеска начищенных ботинках смотрелся здесь также неуместно, как новый гравимобиль в рабочем районе Города.
Женщина сухо ответила на несколько вопросов, с трудом сдерживая слезы. Голос ее дрожал, периодически она замолкала и отворачивалась. Затем, сделав глоток холодного чая, продолжала. История была стара и заурядна.
Богдан родился и вырос в бедности и всегда хотел добиться большего. Он усердно учился, работал в свободное от учебы время, помогал своей матери. Но закончив учебу, осознал, что рабочих мест просто нет. Оккупированная часть страны хранила огромное количество производственных мощностей. Не найдя себе применения, Богдан перебивался случайной низкооплачиваемой работой. Примерно в это время он познакомился с Сопротивлением. Финал уже известен - диверсии, что были больше похожи на шалости, абсолютно мирные протесты и вероломный расстрел.
Ведущий завершил интервью и, пообещав любую помощь, вышел на улицу. Старушка поджала губы и кивнула с грустной улыбкой. Закончился ролик следующим монологом:
- Карма начиналась, как несбыточная мечта единиц. Мечта о светлом будущем, в котором голодные будут накормлены, болезни побеждены, смерть остановлена. Но все это ложь - пустые лозунги и обещания. Наконец, они показали истинное лицо и настоящие намерения. Нет никакого алгоритма для поиска всеобщего блага. Нет справедливости. Есть лишь фанатичная убежденность в своей правоте и полное неприятие иных мнений. Самой Свободы. Есть лишь эгоистичные желания единиц, что готовы использовать любое количество чужих жизней, ради собственных целей. Ради бессмертия для самих себя.