Заметив держащегося из последних сил Криштофа учитель подошёл к нему и присел на корточки рядом. Солёный пот смешивался с каплями дождя. Глаза слезились, руки затекли и грозили подломиться в любой момент. Но каждую новую секунду Крис усилием воли заставлял их держаться. Ева будет вести себя, как обычно. А значит ему нужны будут рекомендации, чтобы к нему прислушивались.
Крис давно понял, что он единственный, кто сможет спасти её.
- Может, ну его? Не стоит так мучиться? - спросил учитель проникновенным голосом. Крис сжал зубы и промолчал.
В планке остались стоять лишь самая упорная дюжина. Парни переглядывались оценивая силы своих соперников, сдаваться никому не хотелось. Но один лишь взгляд на похожего на натянутый канат Баке вселял в их сердцах сомнение. Пара ребят решила, что рекомендация того не стоит, они поднялись и присоединились к бегущим. Будь Ник здесь один он поступил бы также. Но присутствие рядом Баке оказывало на него прямо противоположное воздействие, чем на остальных учеников. Поэтому он упрямо переставлял руки, выгибал спину и переваливался с одной стороны на другую, но стоял. Будь он проклят, если встанет раньше этого злобного гнома.
Учитель пробежался глазами по заботливо предоставленному Кармой делу Криштофа и вкрадчиво сказал, так, чтобы услышал только он:
- Я выдам только одну рекомендацию. Так что ты должен остаться последним, чтобы её получить, Падавка.
Крис уже не мог сдержать слез. Мелкие камни впивались в мокрые ладони, мышцы горели и требовали отдыха. Промокшая насквозь футболка казалась настолько тяжелой, что её одной хватило бы, чтобы придавить Криса к земле. Он убеждал себя, что больше не сможет, что он сделал всё что было в его силах. В конце концов - это не последняя рекомендация, которую он может получить. Он должен сдаться. Это разумно. Это необходимо. Больше терпеть всё равно не получится. Он не выдержит.
Но Крис держался.
Учитель хмыкнул и встал.
- Поистине ценные знания приобретаются только через преодоление слабости, сквозь пот, боль и кровь. Ни одна серьёзная наука не дается идиотам, которых нужно развлекать. Учение - это не цирк с цветастыми фокусами для слабоумных. Учение - это труд.
Осознав, что учитель планирует разглагольствовать еще долго двое парней нехотя поднялись и трусцой присоединились к толпе. Часть ребят уже не бежали, а скорее прогуливались, обсуждая что-то и посмеиваясь. Учитель не обращал на них внимания. Перед ним остались лишь трое - Ник, Баке и Крис.
- Вся ваша суть будет сопротивляться и искать возможность схалтурить. Это нормально - так работает наш мозг. Он создан для того, чтобы придумывать новые способы ничего не делать. Но разум поддаётся контролю, также как и мышцы.
Учитель остановился напротив дрожащего Криса. На этот раз его голос прозвучал не зло, а уважительно:
- Неважно насколько ты слаб, важно то, как ты умеешь игнорировать боль и лень. Важен характер. Умение сковать волю.
Крис очередной раз подумал, что сейчас упадет, когда учитель наконец приказал:
- Встать.
Баке тут же вскочил на ноги. Ник сначала упёрся ногой в гравий, чтобы помочь себе оттолкнуться. Крис же просто рухнул в грязь. Посмотрев на него пару мгновений, учитель попросил Ника и Баке помочь ему подняться. Крис повис на их руках не в силах даже просто стоять самостоятельно. Учитель хлопнул его по плечу и с улыбкой проговорил:
- Ну же, выпрями спину, пацан.
Крис лишь устало и зло посмотрел на него в ответ.
- Вот! Именно такой взгляд должен быть у мужчины.
Учитель посмотрел на выход со стадиона, вздохнул и повернулся лицом к ребятам.
- Дворжак, подумай дважды о том, что такое друг, - сделав паузу, он добавил, - Молодцы. Вы получите мою рекомендацию…
Крис насколько устал, что даже не смог как следует обрадоваться. А на Ника и Баке слова учителя внешне не оказали никакого влияния. Поэтому он хмыкнул и продолжил:
- Если сможете заставить нашу принцессу прийти на следующий урок.
Учитель хохотнул и направляясь к выходу бросил:
- Звободны.
Глава 4
Сейчас. Прифронтовая территория. Ева.
От высочайшей температуры на дне воронки оплавилась и затвердела земля, и хотя прошло уже несколько часов с момента взрыва, и стенки давно успели остыть, всё равно создавалось ощущение, что они чертовски горячие. Костюм, его владелец и всё, что их окружало, было даже не уничтожено - дезинтегрировано.
- Только один? - спросила я у стоящего рядом полковника Цина, повернув голову в его сторону. Некоторое время он молчал, смотря на эпицентр. Заметив мой взгляд, офицер встрепенулся, кашлянул в кулак и, прижав палец к уху, видимо слушая подсказку кого-то из подчиненных, покивал. Затем посмотрел на меня и ответил: