Именно тогда. Именно в этот самый момент у тебя будет шанс проявить себя. Показать, что твоя воля выше, чем твой страх, чем твои животные инстинкты. Показать, что ты - человек.
Можно назвать это судьбой, или провидением, рукой Бога или закономерным стечением обстоятельств, но на самом деле всё просто. Реальность - то ещё дерьмо. Жизнь не будет подстраивать ситуацию под твоё плечо, измерять тяжесть выпавших на твою долю бед, примеряя их таким образом, чтобы ты не сломался. Нет. Есть только один механизм распределения нагрузки, и имя ему - Случайность.
Она изворотлива, изобретательна, многолика. Всё сводится к бесконечности вероятностей. Рано или поздно, случится всё, что только можно себе представить и неважно как далеко зайдёт технология, от случайности нет спасения.
В жизни не бывает дискретных значений - только увеличивающиеся и уменьшающиеся вероятности. Однажды каждый человек встречает свою сцену, идеально подобранные обстоятельства, собранные воедино, позволяющие предстать перед самим собой и сделать выбор, проверить свою волю и силу, засиять, вознестись и обрести крылья, или уйти в тень и уступить место кому-то другому, струсить и сбежать с поля боя, или взять на себя то, что выполнить не в состоянии, чтобы приложить все возможные усилия...
И сгореть.
В момент, когда зажигаются софиты, тяжело понять, кто же выйдет на сцену, ради кого были созданы эти декорации. Это действительно мой выход? Я ли главный герой? Спустя столько времени я всё ещё пытаюсь понять...
Если бы я не сомневался, закончилось бы всё так, как закончилось?
И что было бы, если бы мои сомнения взяли верх?
Я помню лабораторный корпус. Тогда я ещё не знал, кем хочу стать и мне приходилось пробовать разные специальности, чтобы найти то место, где мой потенциал раскроется полностью. Сегодня я не перестаю задавать себе эти вопросы: Знала ли Карма о том, где моё место? Не был ли мой выбор предрешён?
Я помню Еву, нас разделяло несколько столов и пропасть между нами. Я помню смутно остальных, их лица будто расплываются, голоса растворяются в памяти. Я помню, было пасмурно, из-за чего довольно темно за окном. Я помню, оставалось не так много времени до конца занятий, когда тряхнуло первый раз.
Первая волна прошла, как запланировано, пол задрожал - мы быстро и организованно, не в первый раз, заняли безопасные позиции. Следуя инструкции Кармы, Сюин, находящаяся в этот момент в лаборатории, поставила колбу с реагентом на ближайшую горизонтальную поверхность, на стол, и только затем встала в угол.
Сейсмографы, на основании данных которых было составлено заключение о количестве и силе толчков, были практически новыми и общий прогноз имел погрешность менее десятой доли процента. Но эта вероятность всё-таки была.
И прогноз оказался неверен.
Толчок был сильнее ожидаемого кармой на четыре балла. Ровно на один балл сильнее чем было необходимо для того, чтобы колба с кислотой осталась стоять на столе. Сюин дернулась в ее сторону, когда заметила, как та падает, но была остановлена резким криком Альбины Анатольевны.
- Стоять! Следуй указаниям Кармы. Это самый верный способ выжить. - Учитель оглядела напуганных учеников ободряющим взглядом и спокойным голосом продолжила, - просто следуйте ее указаниям. Всё будет хорошо.
Разлившаяся прозрачная маслянистая жидкость растеклась по полу, капли попали на стенки и ножки шкафов и начали громко шипеть, а землетрясение все никак не заканчивалось. Внезапно тряска прекратилась, но лишь для того, чтобы через несколько секунд ударить с новой силой. Линзофоны одновременно стали оповещать всех находящихся в комнате о необходимости немедленной эвакуации в ближайшую безопасную зону. Для сохранения порядка маршруты строились по очереди, Альбина Анатольевна несколькими резкими выкриками остановила начавшую было зарождаться панику.
Эвакуировались все, я был последним. Не считая Сюин.
От тряски дверцы шкафов пооткрывались и на пол с грохотом и дребезгом стали одна за одной падать колбы с реагентами, за которыми староста наблюдала с ужасом, прижав руки к груди. Линзофон загорелся зеленым светом, призывая меня немедленно покинуть помещение, но я пропустил свою очередь, мои ноги будто приросли к полу, став ужасно тяжелыми. Шипение кислот и дребезг разбивающихся реторт пробивались сквозь гул подземных толчков и грохот разрушающихся зданий. Я был в ужасе, в горле пересохло, в затылке собиралось неприятное покалывающее ощущение, меня мутило. Хотелось убежать, спрятаться, скрыться, найти место где будет безопасно. Но я стоял и смотрел, потому что не мог отвести взгляд от оставшейся позади одноклассницы.