В нашем же случае... Ник прикрыл слезящиеся, сухие глаза. Аргументы давно отброшены. Логика убита, остались одни эмоции. Мы не сможем договориться, пока не устанем от крови. Пока не насытимся кровью или пока все заинтересованные в этой бесконечной бессмысленной бойне стороны не построят свои золотые дворцы на наших могилах и наконец не договорятся между собой о разделе полученного имущества.
Тысячи лет развития цивилизации не смогли изменить простого факта: человек остался глупым, злым, эгоистичным и глубоко иррациональным животным, а наш изощрённый мозг служит лишь для того, чтобы выискивать оправдания своим чудовищным поступкам.
Единственное реальное божество сражается с собой вместо того, чтобы попытаться победить настоящего врага.
Хаос. Всё когда либо созданное стремится к разрушению. Мы должны создавать, о разрушении позаботится сама Вселенная. Созидание - наша единственная задача. Всё что ведет к разрушению - противоестественно для нас.
Смерть. Всё живое умрёт. Мы должны любыми силами увеличивать отмеренный срок жизни, создавать новые жизни. Именно Смерть - наш главный враг.
Но нет, мы сражаемся друг против друга. То, что мы творим, нельзя назвать разумным, ведь это - действия вопреки здравому смыслу. Мы сражаемся не за жизнь, мы сражаемся против неё.
В затуманенной безграничной усталостью голове Ника мысли путались, переплетались, стягиваясь в тугой клубок взаимоисключающих противоречий.
- Капитан? - из глубокой задумчивости Финка вывел голос Амира, несколько осипший после последнего ранения. Сюин посматривала на сержанта с неодобрением. Пытаясь разгадать причину её недовольства, Ник присмотрелся к изображению на мониторе и заметил, что зрачки у Амира расширены, а сердцебиение значительно выше нормы.
Повышенная доза стимулятора. Ничего страшного в обычной обстановке, но изношенный организм заплатит десятикратно за этот кратковременный прирост эффективности здоровьем печени, почек, сердца и мозга.
Заплатит отпущенным временем жизни.
Ник посмотрел в окно. Там в тишине ночных улиц у ярко горящего фонаря безуспешно бился о стекло, пытаясь пробиться к свету, одинокий мотылёк. Его тщетные усилия не приводили ни к какому результату - губительный свет оставался недосягаемым, запертый, ограниченный в своём мире, защищённый толстым слоем прозрачного стекла. Фонарь привлекал маленьких глупых насекомых своим свечением, неся с собой лишь беспочвенную надежду и бессмысленную смерть.
Свет манит. Но вблизи ярко горящей лампы видно лишь то, что освещено. Весь остальной мир непроглядной тьмы свету неведом, невидим.
А увидеть истину можно только находясь во тьме.
Время утекало, как песок сквозь пальцы. Ник вдруг ясно увидел развязку, осознал, чем закончится это противостояние. Усталый мозг рисовал картины ужасающего будущего. Сердце будто сжала ледяными пальцами чья-та рука, стараясь вырвать его из груди, как созревший плод. Страх, который капитан не испытывал уже десятки лет, на мгновение захватил его целиком. Ник больше не чувствовал уверенности в том, что Карма поможет справится с любой проблемой. От грядущего будущего не спасёт ничего. Человечество несётся к пропасти на полных парах.
Сможет ли Бог создать камень, который будет не в состоянии поднять?
Финк открыл Щиток и с силой сжал переносицу. Усталость навалилась на него с новой силой. Всё тщетно. Ник горько ухмыльнулся иронии. Всю свою жизнь он стремился к недостижимому свету.
Как мотылёк на огонь.
- Ник? - перед ним стояла Сюин, с беспокойством заглядывая в глаза. Финк убрал руку от лица и посмотрел на своего медика. Глубокие тёмные провалы под иссечёнными лопнувшими капиллярами глазами и испарина на ровной бледной коже её лба говорили о крайней степени усталости. Да он сам выглядел не лучше.
Собрав волю в кулак, Ник захлопнул Щиток и скомандовал наступление.
Яйцеголовые несколько дней назад выкатили обновление для тактического помощника. Теперь компьютер мог обрабатывать вероятность высовывания из укрытия бойцами противника, увеличивая эффективность расхода боеприпасов и поражающую мощь на источник огня. Также была увеличена эффективность перезарядки, за счёт распараллеливания процессов между хостами-участниками “спаянной” из нескольких функционеров боевой единицы.
Настало время опробовать эти нововведения в деле.
Мощность энергетического щита подпитывалась всеми ядрами, усиливая именно то направление, с которого велся огонь. Функционеры шли клином, тройкой, по узкому коридору, освещаемому вспышками очередей тяжёлых болтеров и пулемётов. Сюин вела огонь из-за левого плеча Ника, полностью скрытая за фронтальным щитом, Амир, положив болтер на плечо командира, отстреливал всех, кто показывался на правом фланге. Экзоскелеты сержанта и медика плотно прижимались друг к другу, скрывая свои фигуры за костюмом Финка.