Брайан, наслаждаясь животным садизмом, стоял и смотрел на беспомощную хозяйку. Взмокшая рубашка Евы сексуально облегала теперь совершенное тело, просвечивая изумительные рельефы вишнёвых сосков и еще сильнее возбуждая дикое желание подонка. Брайан залюбовался сексапильными формами барахтающейся красотки, и ему дико захотелось вкусить плоть этого соблазнительного юного тела. Еве стало и страшно и противно.
– Ублюдок! – стуча зубками от холода, пропищала бедная девушка. Брайан, что-то нечленораздельно прорычал и включил брандспойт. Тут же сверху в бассейн вывалились тонны пены. Нелепый вид королевы в пене, рассмешил Брайана.
– Убирайся, мерзавец! – гневно приказала девушка.
– Ах, так, – гаркнул Кларксон-младший. – Снимай трусы, королева! Трусы в обмен на жизнь!
У Евы пересохло в горле. Она очень сильно испугалась, понимая, что именно сейчас может с ней произойти, и никто ведь не сможет помочь. «О, где же ты, который всегда появляется вовремя? Но сегодня видно, не наш день. Поливайте наше дерево счастья и…простите меня за всё», – про себя произнесла эти слова Ева и, резко сорвав нежно-розовый лоскуток, с ненавистью бросила его в озлобленную дикую физиономию подонка.
– О, – застонал Брайан, прикладывая к мокрым губам вожделенные трусики госпожи.
Красные от слез, глазки Евы, из которых выпали линзы и исчезли в пене, метали презрительные молнии в извращенца.
– Только они пахнут не совсем водой, – мерзко расхохотался подросток.
– Ублюдок, –захрипела в слезах госпожа.
– Вы меня достали, королева! – зарычал Брайан.
Дикой рысью подонок ринулся к крану, над которым виднелись буквы, сразу же повергшие бедную Еву в панический ужас. Надпись гласила: КИСЛОТА.
Счастливчик яростно нажимал зубами на пульт, бегая вдоль заставленной приборами стены. Наконец инфракрасный луч скользнул по индикатору, дверь щёлкнула и Лакли, со словами: «А вот тут теперь уже я» выплюнул так и не зажжённую сигару, ворвался в комнату, и тут же во весь рост растянулся на липком полу. Боб двумя пальцами легко поднял его и поставил на ноги:
– Вы не ушиблись, мистер Лакли?
– Благодарю, друг, – крякнул Моррис и быстро огляделся.
Брайан схватил шланг для чистки бассейна кислотой и направил на бедную девушку:
– Такую сладенькую окропим немножко кисленьким.
Звериный хохот подонка оглушил всё окружающее пространство. Ева не знала ни одной молитвы, но в последние мгновения своей жизни произносила имя только одного человека. И вот в этот момент на плечо Брайана спокойно, но твёрдо легла огромная рука. Он обернулся и искаженной от воспалённого рассудка физиономией, не узнавая никого вокруг, дрожа от злобы, прорычал:
– Ты кто?
– Лакли – Счастливчик, только без второй «Л».
Мощный удар кулаком сотряс челюсть Брайана так, что тот отлетел на семь метров и свалился под стол. На него тут же рухнула этажерка с препаратами.
– Мразь, – резюмировал довольный Лакли. Он подошел к бассейну, потирая ушибленную руку, и улыбнулся.
– С лёгким паром, миледи.
Ева инстинктивно сжала посиневшие губки:
– Вы опять издеваетесь? – дрожа, хрипела она. – Вам это доставляет животную радость?
– Ну что Вы! – поклонился Лакли. – Вы сейчас как Афродита из пены морской.
Предпочитаете оставаться богиней или…
– Или… – тихо прошептала девушка.
– Тогда руку и очень быстро, а то схватите воспаление лёгких. Ну!
– Я…я без ничего там, – смущённо покраснела юная Афродита.
– О, Боже! – бодро воскликнул Моррис и пошутил: – Какие церемонии. Со мной можно по-домашнему. Но госпожа сейчас не понимала юмора и заплакала от отчаяния.
– Прошу вас, не ревите, миледи, – простонал спаситель.
Он залез в шкаф Диксона и достал свежую простынь. – Вот Ваша мантия на сегодня, Ваше Величество, – вновь отвесил театральный поклон Моррис.