– Вот-вот. У них только копья. И это защитники?
Ева улыбнулась еще лучезарнее. Диксон обратил внимание:
– Мисс, прошу прощения, Вас всё это как будто радует?
– Чрезвычайно, – медленно и с удовольствием протянула девушка.
– Не объясните нам, тогда, зачем мы здесь? – осторожно попросил доктор.
– Вот! – воскликнула Ева. – А теперь, все послушайте меня. Безусловно, наша миссия для Ордена важна и заслуживает того, чтобы мы взялись за её выполнение и выполняли как можно дольше.
Все недоуменно переглянулись.
– К тому же, – деловым тоном продолжала госпожа, – для нашей собственной безопасности и здоровья нам придётся многое здесь наладить, и я искренне сочувствую той ноше, которая легла на ваши плечи. Но, однако же, моя основная цель пребывания здесь иная.
Все насторожились. А Диксон даже оглянулся, проверить, никто ли их не подслушивает, потому что королева вдруг заговорила тише:
– Несколько месяцев назад, где-то в этих водах, к сожалению, в газете приведена лишь скудная информация о точном месте происшествия, затонула яхта, на которой плыл и мой….
Госпожа сделала паузу и еще тише произнесла: – всем вам известный мистер Лакли.
При этом её щёчки покрыл лёгкий нежный румянец. Все понимающе переглянулись. Ева же продолжала:
– Погибли все, а вот его тело…, – Ева вздрогнула после этих слов, – не нашли. Я надеюсь, я хочу надеяться….
Она заволновалась и сбилась. Деликатный доктор, заметив влажный блеск в глазках госпожи, решительно заявил, обращаясь ко всем:
– Не знаю, кто как, а я – с Вами, Ваше Величество.
– И я, – воскликнул Боб. А Рави подбежал к госпоже и крепко обнял её за ногу.
– Я не сомневалась в вас, – взволнованно произнесла королева. – Но нам надо разработать план действий.
– Именно, – подтвердил Диксон. – А можно ли взглянуть на статью?
Доктор пробежал её глазами и авторитетно заявил, поглаживая бороду:
– Необходимо начать поиски с места происшествия или хотя бы в том радиусе.
Все согласились с капитаном Очевидность. Диксон вообще обожал любому и так всем ясному факту придавать оттенок чего-то настолько значительного, будто он только что открыл формулу лекарства от СПИД.
– Ну что же, – воскликнула Ева. – В путь!
* * *
20 лет тому назад
Фиалковые волосы красавицы Женевьевы развевались на ветру, разнося по горной долине благоухающие ароматы лаванды и вереска. На тучном пастбище лениво пасся скот, а пастухи – муж и жена, встревожено наблюдали, как госпожа, сидя на корточках, высасывала из ранки на ноге их дочери змеиный яд луговой гюрзы. Девочка стонала и вздрагивала от боли, но терпела из последних сил. Когда из ранки потекла осветлённая кровь, Женевьева удовлетворённо приподнялась и принялась обрабатывать рану спиртом, растирая вокруг поражённого пространства сухими семенами конопли.
Ко лбу девочки, пылавшему от жара, был приложен компресс из листьев чёрного ясеня с солью, размешанных в аммиачной воде, а бледное лицо периодически омывалось горной хрустальной водой, разведенной с соком диких деревьев. Через полчаса девочка задышала ровнее, и температура стала постепенно спадать.
Супруг Женевьевы, только что прибывший с охоты, соскочил с лошади и еще какое-то время стоял, с умилением наблюдая за картиной: его жена сидела у колодца на траве, а на её животе лежала голова бедной негритянской девочки, которая глазами, полными слепой надежды, смотрела на свою целительницу. Миссис Женевьева прослыла в округе травницей. К её дворцу стекались толпы аборигенов, и она готова была оказать помощь любому, нуждавшемуся в ней. Делала она это с любовью и настолько бережно, что больным становилось легче даже от простого её участия.
– Когда-нибудь, мой дорогой, – обратилась она к супругу, – у нас тоже будет маленькая дочка, правда?
– Конечно, милая, – Лайонел присел рядом и прижал к груди изящную голову своей любимой. Он вздохнул и подумал об иронии судьбы. «Как странно, что целитель может лечить других, а себя, увы, нет. Мы уже столько раз пробовали, но постоянные выкидыши… Это ужасно».